Содержание

Экономические санкции.

После введения экономических санкций в России, данная тема стала одной из наиболее актуальных во всем мире. Но мало кто знает, что экономические санкции имеют свою историю, причины и, конечно же, последствия. Когда же они появились и чем это было обусловлено?

Экономические санкции — это меры, применяемые одной или несколькими странами (участниками международной торговли) по отношению к другому государству (также участнику международной торговли) с целью заставить последнего изменить свой политический курс.

Какие бывают виды санкций?

Торговые санкции – налагаются как на импорт из страны, по отношению к которой они применяются, так и на экспорт.

Финансовые санкции – применяются к налогоплательщикам (физическим и юридическим лицам) и выражаются в денежной форме. Такой вид санкций имеет некоторые преимущества, сравнительно с торговыми. В то время как торговые негативно сказываются на населении, финансовые сконцентрированы на группе лиц, приближенных к власти.

Экономические санкции
в мировой истории

Практика введения экономических санкций используется с давних времен, вот только именовали ее раньше «Мегарская псефизма» и «Репресалии». Например, в 433 году до нашей эры Афинский морской союз ввел санкции против города Мегара. Аристофан, древнегреческий комедиограф, которого в свое время назвали «Отцом комедии», в своем произведении «Ахарняне» отводит этим санкциям важную роль в пагубной для Афин Пелопонесской войне.

В средних веках санкции носили не очень долгосрочный характер, так как интересы правителей постоянно менялись. В ХIX веке довольно популярными были блокады, считавшиеся одним из видом санкций. Особенно часто применялись «морские блокады» (комплекс мер, используемых во время вооруженных конфликтов с целью ограничения доступа противника к морскому побережью и принуждения последнего отказаться от использования своих или оккупированных портов, военно-морских баз и т. д).

Например, в период с 1827 по 1914 год блокады были объявлены против таких стран как Турция, Нидерланды, Португалия, Панама, Колумбия, Аргентина и Мексика. За всю мировую историю блокады 12 раз объявлялись Великобританией, 11 раз Францией, три раза Италией и Германией, два раза Россией и Австрией.

Введение экономических санкций и Лига Наций

Идея того, что коллективное введение экономических санкций может предотвратить вооруженный конфликт была положена в основу политики Лиги Наций.

В 1919 году, в Индианаполисе, тогдашний президент США Вудро Вилсон сказал следующие: «Страна, подвергающаяся экономическим санкциям, очень близка к капитуляции. Примените тихие, мирные, экономические «смертельные удары», и тогда в применении вооруженных сил не возникнет надобности. Это очень радикальное «лекарство», наносящее ущерб экономике страны, но оно не влечет за собой человеческих жертв, а создает такое давление, которое, на мой взгляд, не может вынести ни одна современная страна

».

Причины введения экономических санкций

Зачастую, санкции вводятся крупными государствами, ведущими активную внешнюю политику (например, западные экономические санкции), и применяются лишь в том случае, когда дипломатические меры бессильны, а полномасштабная война «может влететь в копеечку».

Существуют следующие мотивы для введения санкций:

1. Демонстрация решимости – довольно частая причина для введения санкций (особенно со стороны США). Даже в случае, если эффект от санкций будет минимальный или вовсе нулевой, политическая система США просто вынуждает своих президентов «драматизировать» свое отношение к тем или иным поступкам других стран. Если говорить по-существу, то цена введения санкций Америкой, как правило, меньше цены полного бездействия, так как бездействие сильно подрывает уверенность в силе Америки как внутри самого государства, так и за его пределами.

2. Внутриполитические цели – нередко оказываются важнее воздействия на другие страны. Иногда власти предпочитают выглядеть решительными лидерами в глазах народа, не входя в конфликтные ситуации с другими государствами.

Основные цели санкций:

1. Прекращение военных действий

2. Изменение политики страны

3. Разрушение военного потенциала

Эффективность экономических санкций

Споры об эффективности введения экономических санкций ведутся еще со времен Первой мировой войны.

Санкции могут потерпеть неудачу по следующим причинам:

– нехватка поддержки со стороны других государств;

– мобилизация населения страны, подвергающейся санкциям;

– появления внешних спонсоров, готовых компенсировать ущерб от санкций;

– разногласия внутри страны, налагающей санкции.

Стоит отметить, что введение экономических санкций наиболее эффективно в случае их направленности против нейтральных или дружественных стран (50% успеха — при введении против дружественных стран, 33% – против нейтральных, 19% – против враждебных). При этом, как показывает опыт, еще ни разу не удалось с помощью санкций добиться прекращения военной агрессии со стороны враждебных стран.

 

Возможно вам будет интересно почитать:

Что такое волатильность рынка?

а также

Рейтинг надежности банков

Экономические санкции как политическое понятие

Цель статьи — анализ понятия экономических санкций как политической категории. В юридической и экономической литературе санкции рассматриваются с точки зрения содержания законодательных актов и нормативных документов, а также их последствий для отдельных государств, секторов экономики, компаний и корпораций. Однако такой подход упускает из вида политическую функцию санкций, которые используются в международных отношениях как инструмент господства и навязывания воли одних стран другим. Как правило, санкции применяются экономически сильными державами и коалициями против более слабых государств. То есть сама возможность применения санкций определяется асимметрией системы международных отношений и заложенным в неё неравенством. Это порождает нормативный и этический спор между сторонниками использования односторонних санкций как вполне легитимного инструмента принуждения к «правильному» поведению и противниками их использования в обход решений Совета Безопасности ООН. Представители второй точки зрения исходят из приоритета прав человека над политической целесообразностью. Первая точка зрения продвигается США и ЕС. Вторая — Россией, КНР и группой из нескольких десятков развивающихся стран. Иными словами, спор о легитимности и этичности санкций становится индикатором линий размежевания на международной арене. Спор о санкциях отражает отличия в подходах к более фундаментальной проблеме — суверенитета и вмешательства в дела суверенных государств. Санкции являются инструментом такого вмешательства. Признание их легитимным инструментом будет означать также и признание легитимности вмешательства развитыми государствами в суверенные дела развивающихся государств в обход ООН. В работе проводится ревизия интерпретации санкций как политического понятия. Даётся классификация санкций, определяются их функции. Проводится разграничение понятия «санкций» с понятием «торговых войн». Подобное размежевание критически важно для концептуализации санкций как политического понятия. Если торговые войны ведутся для максимизации прибыли, то экономические санкции используются для достижения политических целей. Это определяет принципиальную разницу в отношениях бизнеса и власти: в случае торговых войн бизнес выступает основным лоббистом решений государственных органов, в случае санкций инициатором выступает правительство, а бизнес вынужден подстраиваться под сложившуюся ситуацию. В первом случае бизнес действует как субъект, во втором — как объект. Работа актуальна в контексте растущего санкционного давления на Россию, а также в связи с развертыванием санкционных кампаний против её партнёров на международной арене.

На сегодняшний день экономические санкции представляют собой один из наиболее распространённых инструментов внешней политики. Санкции заняли прочное место во внешнеполитическом инструментарии как альтернатива или дополнение к применению силы, а также для подкрепления переговорных позиций. Они активно используются в качестве средства принуждения отдельных государств к выполнению политических требований стран-инициаторов санкций. Растёт число случаев использования санкций Советом Безопасности ООН. В то же время совершенствуются механизмы обхода санкций и смягчения их влияния на национальные экономики и стабильность «государств-целей». Зачастую применение санкций становится предметом нормативных и этических расхождений между объектами санкций (как правило, это развивающиеся страны) и инициаторами санкций (обычно в этой роли выступают развитые государства). Инициаторы рассматривают санкции как один из легитимных способов принуждения к выполнению международных обязательств или соблюдению определённых норм. Страны, подвергшиеся санкциям, воспринимают их как угрозу своей национальной безопасности, «запрещённый приём», которым злоупотребляют страны-инициаторы санкций, имеющие экономическое и технологическое превосходство. В лучшем случае эти страны признают легитимность санкций, введённых Советом Безопасности ООН, но не односторонние меры развитых стран.

Широкое применение в политической практике сочетается с широкой трактовкой самого понятия санкций; иногда к санкциям причисляют меры торговой или экономической войн. В экспертном сообществе по-разному трактуют функции санкций, предлагают различные варианты типологии санкций. Ключевым в научном дискурсе можно считать вопрос о причинах и условиях эффективности санкций. Почему в одних случаях санкции оказываются успешными, а в других бесполезными и даже приводят к результатам, противоположным ожиданиям? В поисках ответа на этот вопрос исследователи часто обходят вниманием терминологическую сторону проблемы. Между тем использование термина «по умолчанию», когда предполагается, что все понимают под ними одно и то же, может порождать расхождения в интерпретации исследовательских результатов. В гуманитарных науках вряд ли существуют понятия, которые можно интерпретировать одинаково. И всё же важный этап исследовательской работы состоит в определении «концептуального ядра понятия» [i] — то есть свойств, которые закрепляются за ним большинством исследователей в рамках определённой парадигмы, и «концептуальной периферии» — свойств, которые составляют предмет расходящихся взглядов или же пересечения с близкими понятиями.

Исследовательскую проблему предлагаемой статьи можно свести к вопросу о том, почему санкции, являясь по своей сути экономическим инструментом, можно концептуализировать как политическое понятие? Определение «концептуального ядра» и «концептуальной периферии» понятия санкций представляет цель настоящей статьи. Мы исходим из того, что «концептуальным ядром» понятия санкций является их политическая природа, выражаемая в терминах господства и силы. Политическая природа санкций может быть интерпретирована через понятия господства Макса Вебера, которое подразумевает легитимную возможность одного субъекта властных отношений, навязывать свою волю другому. «Концептуальной периферией» будем считать свойства санкций, которые роднят их, например, с понятием торговой войны, а также те свойства, которые становятся предметом нормативных споров об источниках легитимности и этичности санкций. Для проверки этого допущения обратимся к корпусу эмпирической и теоретической литературы по исследованию санкций в международных отношениях.

1

Экономические санкции — инструмент внешней политики столь же древний, как государство, война или дипломатия. Сам факт наличия торговых или экономических отношений, различных экономических возможностей, асимметрии в торговле или зависимости от отдельных товаров и услуг порождает возможность манипуляций для достижения политических целей. Случаи экономического давления или вмешательства в торговлю с политической подоплёкой известны в Античности и Средневековье. Так, в 492 г. до н.э. город-государство Эгина захватил афинские торговые корабли в ответ на пленение своих граждан. В Средние века односторонние ограничительные меры активно применяли церковные власти европейских государств против мусульман: им запрещалась продажа кораблей, оружия, боеприпасов и других товаров. Латеранский собор 1179 г. официально закрепил эту практику [ii. В Новое время, с его бумом экономики, производства и торговли, санкции приобрели широкий размах. Например, поход Наполеона на Россию был не в последнюю очередь спровоцирован тем, что Петербург фактически саботировал континентальную блокаду — систему мер по экономическому удушению Великобритании. Качественно новый смысл санкции обрели с появлением национального государства современного типа, важной целевой и ценностной установкой которого выступают защита своего рынка и торговая экспансия. Национальное государство мобилизует для санкционных войн мощь своей бюрократии и «рациональные» инструменты контроля над рынком. Наконец, глобализация экономики во второй половине ХХ в. сделала санкции удобным инструментом для тех, кто находится в «сердцевине» мир-системы. Санкции приобрели асимметричный характер в том смысле, что мировой гегемон получил возможность эффективно использовать против широкого круга государств санкции, не опасаясь симметричного ответа.

В ХХ в. санкции в международных отношениях применялись 174 раза. Это число включает санкции международных организаций (Лига Наций и ООН), а также развитых стран. Более полную статистику, охватывающую санкции, инициированные развивающимися странами или региональными лидерами, приводят Гери Хафбауэр, Джефри Шотт, Кимберли Элиотт и Барбара Оег в своей знаменитой работе «Новый анализ экономических санкций» [10]. Она издавалась в 1985, 1990 и 2009 гг. Вплоть до настоящего времени книга считается ключевым исследованием санкционной проблематики и цитируется практически во всех источниках по данной теме. Закреплённая в ней дефиниция санкций также широко используется в литературе. Названные авторы понимают под санкциями намеренные действия государства («страны-инициатора»), коалиции таких государств или международных организаций по сокращению, ограничению или выходу из таможенных, торговых или финансовых отношений с «целевой страной», или «страной-адресатом». Действия такого рода преследуют политические цели: изменение политического режима, основ или отдельных составляющих внутренней и внешней политики, выполнение или отказ от определённых политических обязательств. Экономические санкции создают такие условия, при которых экономический ущерб, упущенная выгода, а также их последствия для общества и политической системы делают невыгодным сохранение старого политического курса и заставляют целевое государство идти на уступки требованиям страны-инициатора [10, p. 3–5]. Таким образом, в большинстве случаев санкции означают прямое или косвенное вмешательство одной страны в процесс принятия решений другой. В современных международных отношениях, ключевой единицей которых всё ещё остаётся суверенное государство, санкции можно понимать как попытку ограничить или повлиять на суверенитет и суверенный политический курс мерами экономического характера.

Понятие «суверенитета» значительно более разнородно, нежели понятие «санкций». Однако оно полезно для его концептуализации. Можно выделить два не тождественных друг другу измерения суверенитета. Первое — международно-правовое. С точки зрения международного права государства обладают равным суверенитетом, то есть все международно признанные государства (например, члены Генеральной Ассамблеи ООН) равны между собой: у США суверенитета не больше, но и не меньше, чем, например, у Люксембурга, Колумбии или Бурунди. Каждое государство обладает монополией власти на определённой территории и выступает независимым творцом своей внешней и внутренней политики. Второе измерение отражает реальную способность государства выполнять функции суверена. Очевидно, например, что государства различаются между собой по способности самостоятельно обеспечивать своё развитие; есть немало государств, существование которых немыслимо без внешней донорской помощи. Другое важное отличие — способность контролировать свою территорию; есть государства, раздираемые внутренними конфликтами и гражданскими войнами. Не менее важна стабильность политического режима — будь то автократического или демократического. Можно упомянуть и способность государства самостоятельно обеспечивать свою безопасность: есть множество государств, на территории которых размещены иностранные войска, базы или инфраструктура. Как мы видим, существует множество параметров, которые определяют степень самостоятельности государств и эффективность их политики. То есть равный международно-правовой статус накладывается на принципиально разные возможности его реализовать. На практике современные международные отношения образуются государствами, обладающими разными возможностями защитить и обеспечить свой суверенитет. Государства также радикально отличаются друг от друга по своей мощи — совокупному объёму военного, промышленного и экономического потенциалов. С точки зрения суверенитета, современные международные отношения симметричны, а с точки зрения мощи, крайне асимметричны [iii].

Такая асимметрия — важная предпосылка политики санкций. По расчётам Хафбауэра и его коллег, в ХХ в. из 174 случаев применения санкций 109 инициировали США, 16 — Великобритания, 14 — ЕС, 13 — СССР и Россия и 20 — ООН. Иными словами, санкции — инструмент мощных, передовых и развитых государств или их объединений. Они могут позволить себе применение санкций в силу своего размера и веса, а также глобальных и региональных амбиций [10, p. 5, 17]. Размер и вес дают стране-инициатору запас прочности, позволяющий относительно безболезненно нести экономические издержки санкций и нивелировать ответ целевой страны. Зачастую страны-инициаторы экономически превосходят страны-адресаты в десятки и даже сотни раз [10, p. 89]. Всё это делает возможным использование санкций как инструмента господства в веберовском понимании этого слова — способности субъекта А навязывать свою волю субъекту Б [2]. Легитимность такого господства страны-инициаторы обеспечивают через нормы международного права (например, устав ООН) или национального законодательства, а также через отсылку к принципам своей морали или идеологии. Следующий шаг в концептуализации понятия санкции — характеристика политических целей, с которыми они принимаются, а также используемых экономических инструментов. На этой основе можно провести типологию санкций. Хафбауэр и его коллеги классифицируют санкции по следующим типам политических целей.

Первая цель — подрыв или ограничение военного потенциала целевой страны, сокращение экономической базы для производства отдельных вооружений и военной техники. Такие санкции зачастую идут рука об руку с мерами военного сдерживания. К их ярким примерам можно отнести экспортные ограничения против СССР и КНР (так наз. Сocom и Chicom) периода холодной войны. Могут применяться ограничения на поставки материалов, необходимых для производства ядерного оружия, ОМУ, ракетных технологий и других вооружений и средств их производства или меры, направленные на отказ отдельных стран от имеющихся в их арсенале вооружений и военных технологий.

Вторая цель — предотвращение военных действий или удержание страны-адресата от наступательных действий. Классический (при этом неудачный) случай — это санкции Лиги Наций против Италии за вторжение в Абиссинию. Другой пример — всеобъемлющее эмбарго против Ирака после вторжения в Кувейт. Современным примером можно считать западные санкции против России в контексте гражданской войны на Украине. Во всех этих случаях инициаторы исходят из гипотезы сдерживания, подразумевая, что экономические санкции смогут либо послать сигнал, либо сделать неприемлемой цену наступательной политики.

Третья цель — смена политического режима или дестабилизация политической системы страны-адресата. По данным Хафбауэра и его коллег, это самая распространённая цель введения санкций: из 174 рассмотренных авторами кейсов смены политического режима добивались в 80. При этом речь может идти о наказании политического режима, пришедшего к власти нелегитимным путём (перевороты, явные или мнимые подтасовки результатов выборов и др.). В период холодной войны были распространены случаи наказания бывших союзников, которые «переметнулись» в лагерь оппонента. Часто санкции подобного рода сопровождаются секретными операциями специальных служб по устранению режима или его лидеров.

Все три названные цели — это предвестники войны или силовых действий, то есть санкции вводятся как часть широкого пакета мер давления на определённую страну. В случае значительного потенциала целевых стран, война может не начаться (санкции против СССР или КНР), однако санкции остаются её предвестником или сопутствующим методом силового давления на страну [iv].

Четвёртая цель — умеренное изменение политического курса страны-адресата. Такие случаи крайне редко сопровождаются мерами военного сдерживания или операциями спецслужб. Санкции здесь используются сами по себе, в чистом виде. Пример таких целей — давление с целью улучшить ситуацию с правами человека, решить вопрос с экспроприацией собственности, вынудить присоединиться к тем или иным соглашениям. Число таких эпизодов в базе Хафбауэра и его коллег также достаточно заметно — 43, причём относительно дружеские или добрососедские отношения между инициатором и объектом санкций способствовали их успеху [10, p. 66–72].

С точки зрения экономического наполнения можно выделить торговые и финансовые санкции. В первом случае вводятся ограничения на внешнеторговые операции со страной-адресатом, а с её стороны возможны ответные меры. Экспортные санкции могут принимать вид эмбарго на поставку вооружений, военной техники и технологий или ограничений на поставку оборудования для отдельных секторов экономики. В качестве примеров приведём антироссийские санкции 2014–2017 гг. и нефтяное эмбарго арабских стран в 1973 г. Примеры импортных санкций: ограничения на покупку иранской нефти со стороны США; российские ограничения продовольственного импорта из США, стран ЕС и других стран-инициаторов антироссийских санкций.

Проблема эффективности торговых санкций состоит в том, что их легко обойти, особенно если речь не идёт об эксклюзивном товаре. Правда, в этом случае за счёт посреднических издержек, рисков контрабанды или коррупции повышается цена товара, но технически страны-адресаты могут обойти торговые ограничения. КНР эффективно обходит западные ограничения на поставки современных вооружений, заказывая их в России и производя собственные аналоги. Россия ведёт политику импортозамещения, а ЕС для компенсации утраченного российского рынка диверсифицирует рынки сбыта продукции. Сложнее обстоит дело с эксклюзивными товарами вроде ядерных реакторов. Но, как показал опыт Северной Кореи, и здесь политическая воля стран-адресатов может перевесить ограничения.

Совершенно иным образом обстоит дело в случае финансовых санкций. Такие санкции могут принимать разные формы: задержка или отмена кредитов, грантов, помощи развитию, военной помощи, запрет на инвестиции в страны или компании, запрет на финансовые операции со странами, компаниями и физическими лицами, запрет на финансирование избранных программ. Отдельное место в этом ряду занимает (временная) заморозка или бессрочная конфискация банковских активов отдельных лиц, компаний или стран в стране-инициаторе или по её просьбе. По данным Хафбауэра и его коллег, 80% таких санкций накладывали США. Что не удивительно, так как эффективность такого рода санкций обеспечивается господством США в мировых финансах и ролью доллара в мировых расчётах. В сравнении с торговыми, преимущество финансовых санкций в том, что их проще и быстрее ввести (финансовый рынок лучше регулируется государством) и значительно сложнее обойти (поиск альтернативных инвесторов или доноров крайне затруднён, если санкции накладывают США). К тому же финансовые санкции могут отпугивать даже инвесторов из стран, на которых не накладывали санкций, потому что инвесторы вынуждены делать выбор между американским рынком и рынком страны-объекта санкций [7, 9]. Выбор большинства компаний очевиден. Ответить на финансовые санкции крайне сложно. В итоге финансовые санкции более болезненны в сравнении с торговыми. По расчётам Хафбауэра и его коллег, цена финансовых санкций для стран-адресатов в среднем составляла 1,7%, а торговых — 0,7% ВНД. Если оба типа санкций вводились одновременно, потери составляли в среднем 2,9%, с добавлением заморозки активов — 4,3% ВНД [10, p. 97–98].

В последнее время в литературе и в политическом лексиконе хождение получило понятие умных или целенаправленных (целевых) санкций [8]. Под ними понимаются точечные воздействия на отдельные лица, компании или сектора экономики страны-адресата. В основном такие санкции носят финансовый характер. К ним также можно добавить визовые ограничения. Смысл умных санкций в том, чтобы «наказать» политическую элиту или отдельных лиц (например, наркоторговцев или террористов), избегая излишнего давления на население. Умные санкции противопоставляются всеобъемлющим санкциям — таким, как санкции против Ирака в 1990-е гг. Тогда санкции нанесли колоссальный ущерб экономике и населению страны, но Саддам Хусейн и его окружение не пострадали и оставались у власти. Военный потенциал Ирака был подорван вторжением союзников, а не санкциями.

Ещё одна тенденция в исследовательском дискурсе — различение санкций как состоявшегося прецедента и как угрозы их применения. Так, Нэвин Бапат исследовала эффективность применения санкций и в случае угрозы их применения [4]. Таким образом, санкции могут рассматриваться как инструмент «символической власти», поскольку есть прецеденты, когда для достижения результатов достаточно угрозы применения санкций. Здесь уместна аналогия с демонстрацией флага боевыми кораблями или сухопутными войсками, имеющая сходное символическое значение.

Примечательно, что угроза применения санкций может быть направлена как на целевую страну, так и на общественность страны-инициатора. Нередко руководство страны-инициатора накладывает санкции без какой-либо внятной стратегии в отношении страны адресата, только для того, чтобы убедить внутреннюю аудиторию в готовности решать существующую политическую проблему. К санкциям применима функция «театра безопасности», когда власти страны-инициатора пытаются создать впечатление деятельности для укрепления своих позиций и защиты от критики [10, p. 5–6].

2

Роберт Пейп, один из критиков исследования Хафбауэра, Шотта и Элиотт, справедливо указал на необходимость отличать экономические санкции от торговых и экономических войн. Определение санкций по Пейпу во многом схоже с дефиницией коллектива Хафбауэра. Ключевой сущностной чертой санкций Пейп считает наличие политической цели. Эта цель заключается в том, чтобы подорвать/снизить благосостояние страны-адресата и с помощью торговых/ финансовых инструментов принудить её к определённым действиям политического характера. Пейп выделяет прямые и непрямые санкции. В первом случае давление оказывается непосредственно на правительство страны, создаются условия, при которых оно должно сделать вывод о том, что выгоднее пойти на уступки, чем терпеть санкции. Во втором случае провоцируется общественное недовольство, с тем чтобы рост протестных настроений привёл к смене политической власти в стране-адресате [14, p. 94].

Экономическую войну Пейп интерпретирует иначе, чем Хафбауэр и его соавторы. Пейп предлагает считать экономической войной те меры сдерживания, которые направлены на подрыв военного потенциала целевого государства в мирное или военное время. У Хафбауэра экономические меры, имеющие целью сдерживание, рассматриваются как подвид санкций. Такая позиция представляется более обоснованной, так как военное сдерживание явно преследует политическую цель. Санкции вполне могут быть предвестником войны, как например, конфликт Японии и США в период Второй мировой войны. Они могут действовать и в военное время. В частности, санкции стран Антанты против Германии действовали в годы Первой мировой войны, а Великобритания вводила санкции против Аргентины в ходе Фолклендского конфликта. Вполне достаточным представляется методологический ход команды Хафбауэра, которая выделила военные аспекты в отдельную категорию целей санкций.

Однако идея Пейпа о разграничении понятий экономических санкций и торговых войн заслуживает пристального внимания. Пайп обращает внимание на то, что санкции и торговые войны отличаются целевыми установками. Если санкции направлены на достижение политических целей, то смысл торговой войны — максимизация экономической выгоды. В обоих случаях имеет место принуждение, но торговая война преследует цель добиться для себя экономически более выгодных условий торговли и производства, а в случае санкций участники стремятся достичь политических целей, не считаясь с экономическими потерями. Торговые войны обычно происходят между торговыми партнёрами. Обмен санкциями, наоборот, может идти как между партнёрами, так и между странами со слабой торговлей [14]. Попробуем разобраться в этих различиях, отталкиваясь от литературы по торговым войнам.

Классическое определение торговой войне дал Гарри Джонсон; именно его дефиниция лежит в основе многих современных работ. Под торговой войной Джонсон понимал конфликт двух и более стран, в котором стороны добиваются преимуществ в экономических отношениях за счёт временного ограничения двусторонней торговли [11, p. 142–153]. Как и санкции, торговые войны — не новый инструмент. Его можно найти в XIV–XVII вв. (торговые войны Ганзейского союза, Англии с Нидерландами, которые впоследствии переросли в вооружённые конфликты) [6]. В современном понимании торговые войны трактуются в контексте концепций меркантилизма и протекционизма, но в большей степени — концепции свободной торговли. В условиях глобализации правительство стремится максимизировать полезность своей торговли с использованием инструментов тарифной политики, экспортных и импортных квот, нетарифных ограничений (технические стандарты, нормативы качества, таможенные процедуры и т.п.). Набор мер также включает в себя антидемпинговые меры (компенсационные пошлины), а также чрезвычайные ограничения, связанные с вопросами национальной безопасности. При введении экономических санкций в ход пускаются иные инструменты: всеобъемлющий или частичный запрет на экспорт и импорт отдельных товаров, запрет на финансовые операции, конфискация имущества и активов, запрет на транзакции с определёнными лицами, компаниями и странами. Качественная разница налицо: участники торговых войн преследуют цель создать среду для максимизации прибыли национального бизнеса, а санкции должны привести к подрыву доверия инвесторов к стране-адресату.

Обозначим ряд других отличий. Как справедливо отмечает Пейп, торговые войны в современном мире ведутся в основном между партнёрами. Пример — опыт ожесточенных войн политически близких союзников Японии и США. Санкции также применяются против партнёров и союзников, но, в понимании коллектива Хафбауэра, санкции преследуют умеренные цели. Очевидно, что установка на смену политического режима или военное сдерживание не способствует близости политических отношений.

Следующее отличие — число участников и баланс их потенциалов. В торговых войнах обычно участвуют два игрока, а остальные игроки пассивны (хотя есть и другие случаи). В санкционных войнах нередко тоже только два участника, однако распространены случаи широких коалиций стран-инициаторов (санкции против КНДР) или наложение санкций против группы стран (санкции США против стран, поддерживающих терроризм). Часто ущерб наносится странам, компаниям или физическим лицам, не имеющим отношения к санкциям — к примеру, за транзакции со страной-адресатом или её агентами.

В случае санкций и торговых войн больше шансов на победу имеет крупный игрок, но в торговых войнах нередко в выигрыше оказываются мелкие игроки [12]. Экономический перевес побуждает инициатора к введению санкций, тогда как адресат в лучшем случае способен лишь снизить наносимый ему ущерб. Иными словами, отношения в торговой войне скорее равновесны, а в санкционной войне асимметричны.

Ещё одно важное отличие — роль промышленного и коммерческого лобби. В случае торговых войн у бизнеса высока мотивация выступать активным игроком, предлагая правительству те или иные решения. За торговыми войнами часто стоит именно бизнес. В случае санкций ведущая роль принадлежит правительству и парламенту, а бизнес вынужден подстраиваться под санкции. Он может протестовать, прилагать усилия по их отмене, но не является инициатором [10, p. 7].

Примечательно, что в современных условиях санкции и торговые войны могут переплетаться. К примеру, в ответ на финансовые и секторальные санкции западных стран Россия ввела продовольственное эмбарго. Отталкиваясь от норм ВТО по регулированию торговых отношений, ЕС интерпретировал некоторые ограничительные меры не только как ответные санкции, но и как попытку использования санкций для достижения торговых преимуществ, в частности, при ограничении на ввоз в Россию живых свиней. Таким способом ЕС снижает эффективность российских санкций, повышая результативность своих.

3

Использование санкций нередко оказывается предметом ожесточенного нормативного спора. В центре дискуссии вопрос о законности санкций и источниках их легитимности. Это и вопрос политической морали — насколько этично использовать санкции, которые потенциально могут нанести ущерб широким слоям населения целевых стран или фактически беззащитным против санкций развивающимся государствам? На этот счёт можно выделить две противоположных точки зрения.

Первая предполагает, что санкции — эффективный и вполне законный инструмент внешней политики. Он целесообразен постольку, поскольку позволяет избежать применения военной силы, добиться нужных политических результатов мирным путём или ослабить военный потенциал целевой страны, что позволяет провести последующую военную кампанию с меньшими потерями. Санкции, одобренные Советом Безопасности ООН — идеал, к которому нужно стремиться. Но односторонние санкции также должны применяться, особенно тогда, когда требуются оперативные действия и быстрые результаты. Легитимность санкций увязывается с международным и национальным правом, но также и с национальными интересами, идеологическими установками и моралью страны-инициатора. Так, например, понятие демократии рядом стран рассматривается как моральная категория. Соответственно, наложение санкций против тех, кто, по их мнению, нарушает принципы демократии, обосновано морально.

Наиболее ярким адептом такого подхода являются США. В Стратегии национальной безопасности 2017 г. отдельный раздел посвящён экономической дипломатии. Санкции в нём рассматриваются как важный элемент комплекса мер по сдерживанию, принуждению и изоляции противников США. Примечательно, что отношения «свой–чужой» в разделе рассматриваются с нормативной точки зрения. «Свои» — это рыночные экономики, союзники и партнёры США. «Чужие» — экономики с ведущей ролью госсектора. США находятся в центре мировой экономики, что позволяет им, согласно Стратегии, играть лидирующую роль и одновременно эффективно защищать свои интересы [v]. В Стратегии национальной безопасности 2015 г. «умные санкции» определяются как эффективный инструмент политики против «безответственных» акторов, не выполняющих свои международные обязательства, а также против криминальных и террористических сетей. В Стратегии отмечается, что США будут продвигать санкции под эгидой ООН, но при необходимости будут действовать самостоятельно [vi].

В доктринальных документах Европейского [vii] союза санкции рассматриваются как важный инструмент сдерживания и предотвращения конфликтов, который необходимо использовать наряду с дипломатией. Источник их легитимности — международное право, право ЕС, международные обязательства Евросоюза в рамках ГАТТ, ВТО и других организаций. Иными словами, односторонние меры допускаются наряду с многосторонними. При этом отмечается желательность максимальной калибровки санкций, чтобы избежать деструктивных социальных последствий. Кроме того, санкции определяются как один из инструментов реагирования на кризисные ситуации (наряду с гуманитарной помощью, дипломатией и др.). ЕС даёт подробную характеристику санкций и порядка их применения [viii].

Иных взглядов придерживается Россия, рассматривающая единственным источником легитимности санкций Совет Безопасности ООН. Любые односторонние меры экономического принуждения расцениваются как неприемлемые. В частности, это фиксируется в Концепции внешней политики России 2016 г.: «… продолжать усилия по совершенствованию механизма применения ООН санкций, исходить, в частности, из того, что решения о введении таких санкций должны приниматься СБ ООН на коллегиальной основе после всестороннего рассмотрения…; содействовать исключению из практики международного взаимодействия незаконных односторонних принудительных мер, принимаемых в нарушение Устава ООН и других норм международного права» [ix]. Данную позицию разделяют КНР и значительное число развивающихся государств. В частности, в Декларации саммита лидеров «КНР и 77 развивающихся государств» в Санта-Крус (Боливия) отмечалось, что односторонние экономические меры принуждения неприемлемы и должны быть искоренены из практики международных отношений [x].

Последовательную критику односторонних санкций высказывает специальный докладчик по вопросу о негативном воздействии односторонних принудительных мер на осуществление прав человека Идрис Джазаири. Должность специального докладчика была учреждена в 2015 г. О влиянии санкций на осуществление прав человека И. Джазаири подготовил три доклада, затрагивая в них целый ряд правовых, политических и этических вопросов.

Прежде всего, Джазаири вводит разницу между односторонними и международными принудительными мерами. И те, и другие часто объединяются понятием санкций. Но между ними есть существенная разница. Международными могут считаться только те меры, которые принимаются СБ ООН на основании статьи 41 Устава ООН [xi]. Именно здесь — ключевой источник их легитимности. Односторонние меры принимаются отдельными государствами или их коалициями в обход Совета Безопасности ООН. Кроме того, легитимными можно считать санкции, которые применяют международные организации против своих членов на основании уставов, так как членство в таких организациях добровольное [xii]. Важная черта односторонних принудительных мер — их экстерриториальность. Они вводятся одной или несколькими странами и применяются за пределами их территории, затрагивая целевые страны и, через механизм вторичных санкций, третьи страны [xiii]. Поэтому санкции можно считать инструментом вмешательства в суверенные дела целевого государства или третьих стран.

Одна из главных проблем применения односторонних ограничительных мер, по мнению Джазаири, состоит в том, что они ущемляют права человека в целевых странах. Зачастую они наносят ущерб незащищённым слоям населения, резко снижая качество жизни, подрывая благосостояние и обостряя социальные проблемы. При этом «умные» или «точечные» санкции не являются панацеей [xiv]. Ограничения против отдельного экономического сектора могут больно ударить по благосостоянию граждан, но не принести политических результатов. Именно права человека должны быть основным мерилом этичности, легитимности и эффективности санкций. Санкции противоправны, если они преследуют экономический интерес страны-инициатора. Джазаири отмечает, что с точки зрения международного права санкции могут считаться легитимными, будучи применены в ответ на нарушение международных обязательств, которое причиняет ущерб другому государству или государствам. Эти обстоятельства придают легитимность праву на реторсию или возмездие. Но и здесь права человека — важный индикатор. Их соблюдение — критерий смягчения норм международного права. Если санкции применяются бессрочно, происходит ущемление прав человека и не достигаются заявленные цели, применение односторонних мер должно быть ограничено [xv]. Специальный докладчик занимается выработкой рекомендаций, которые позволили бы сделать международные и односторонние ограничительные меры более чувствительными к нарушению прав человека. Его деятельность представляется большим шагом вперёд в продвижении к более справедливому (с точки зрения прав человека) подходу к санкциям. Вопрос об этом уже неоднократно поднимался Генеральной Ассамблеей ООН. Растёт число стран, считающих односторонние меры неприемлемыми. Если в 1996 г. за соответствующую резолюцию проголосовало 57 стран, при 45 против и 59 воздержавшихся (A/Res/51/103), то в 2014 г. сходную резолюцию поддержало уже 134 страны при 53 против и одной воздержавшейся (A/ Res/69/180). На эти данные ссылается в своей работе известный исследователь санкций Майкл Бржоска [5, p. 1345]. Он отмечает ещё одну важную тенденцию. Как правило, развитые страны сочетают односторонние и многосторонние меры, действуя по двум алгоритмам. В одном случае сначала вводятся односторонние санкции, а затем осуществляется попытка придать санкциям бóльшую легитимность через СБ ООН. При этом страны-инициаторы и предлагают проекты соответствующих резолюций. В ином случае развитые страны вводят дополнительные односторонние санкции после резолюций СБ ООН, если считают принятые санкции слишком мягкими или не согласны с ними [5, p. 1339–1349]. Хороший тому пример — это санкции против Ирана. В 2015 г. СБ ООН принял резолюцию 2231, которая закрепляла «сделку» по ядерному вопросу и отменяла наложенные ранее санкции. Однако в 2017 г. Конгресс США принял законопроект 3364 (CAATSA), по которому на Иран накладываются санкции за разработку баллистических ракет, нарушение прав человека и по другим поводам. Сверх того, США поставили вопрос о пересмотре ядерной сделки. Такие действия девальвируют эффективность СБ ООН как единственного источника легитимных международных санкций.

Понятие санкций обладает достаточно устойчивым «концептуальным ядром». Санкции следует понимать как инструмент господства в международных отношениях, который предполагает использование странами-инициаторами мер экономического давления на страны-адресаты с целью добиться изменения их политического курса. В силу экстерриториального характера действия санкции можно рассматривать в качестве средства вмешательства в суверенные дела зарубежных государств. Асимметрия суверенитета и мощи — два важных условия введения санкций. Страна-инициатор или их коалиция, как правило, значительно превосходит страну-адресат, что обеспечивает ей/им неуязвимость для ответных мер. Санкции отличаются от торговых войн, в которых экономические цели превалируют над политическими; участники войны часто являются партнёрами, а не соперниками, баланс сил не играет принципиально важной роли. Иными словами, экономические санкции — это политическое понятие, несмотря на то, что в их основе лежит применение экономических методов.

Острые нормативные и этические дебаты, которые идут вокруг понятия санкции, также отражают их политическую природу. С точки зрения развитых стран, которые зачастую инициируют санкции, — это инструмент законный и эффективный; напротив, развивающиеся страны, которые становятся объектами санкций, считают их инструментом нормативно и этически неприемлемым. Права человека — один из базовых критериев оценки справедливости санкций. Даже односторонние санкции могут быть законными, если они выступают как контрмера, но их легитимность и эффективность в конечном итоге должна определяться мерой ущемления прав человека в странах-адресатах и за их пределами. Однако практика показывает, что в сравнении с международно-правовой легитимностью и этичностью более значимым фактором выступает политическая целесообразность. Страны-инициаторы могут «подстраивать» деятельность международных организаций под свои интересы и даже нарушать букву и дух их правил. Важной страховкой от применения санкций в адрес отдельных стран остаётся их реальная экономическая мощь и шире — потенциал сдерживания, которым они располагают.

Список литературы

1. Алексеева Т.А. Политическая философия: от концепций к теориям. — М.: РОССПЭН, 2007. 400 с.

2. Вебер М. Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии. Социология. М.: Издательский дом ГУ-ВШЭ, 2016. 448 с.

3. Allison G., Simes D. Stumbling to War // The National Interest. May/June 2015. Pp. 9-21.

4. Bapat N., Heinrich T., Kobayashi Y., Morgan C. Determinants of Sanctions Effectiveness: Sensitivity Analysis Using New Data // International Interactions. 2013. Vol. 39. Pp. 79–98.

5. Brzoska M. International Sanctions Before and Beyond UN Sanctions // International Affairs. 2015. Vol. 91, no 6. Pp. 1339–1349.

6. Conybeare J. Trade Wars. A Comparative Study of Anglo-Hanse, Franco-Italian, and HawleySmooth Conflicts // World Politics. October 1985. Vol. 38, no 1. Pp. 147–172.

7. Cooper Z., Lorber E. Sanctioning the Dragon // The National Interest, March/April 2016. Pp. 36–42.

8. Drezner D. Targeted Sanctions in a World of Global Finance // International Interactions. 2015. Vol. 41. Pp. 755–764.

9. Feaver P., Lorber E. The Sanctions Myth // The National Interest, July/August, 2015. Pp. 22-27.

10. Hufbauer G., Shott J., Elliott K., Oegg B. Economic Sanctions Reconsidered. Third Edition. Peterson Institute for International Economics, 2009. 248 p.

11. Johnson H. Optimum Tariffs and Retaliation. // The Review of Economic Studies. 1953. Vol. 21, no. 2. Pp. 142–153.

12. Kreinin M., Dinopoulis E., Syropoulis C. Bilateral Trade Wars // The International Trade Journal. 1996. Vol. 10, no. 1. Pp. 3–20.

13. Melatos, Mark; Pascalis, Raimondos-Moller; Gibson, Matthew. Who Wins a Trade War? URL: http://www.etsg.org/ETSG2007/papers/melatos.pdf (дата обращения: 15.04.2018).

14. Pape R. Why Economic Sanctions Do Not Work? // International Security. 1997. Vol. 22, no. 2. Pp. 90–136.

15. Syropoulos C. Optimum Tariffs and Retaliation Revisited: How Country Size Matters? // Review of Economic Studies. 2002. Vol. 69. Pp. 707–727.

Впервые опубликовано в «Вестнике МГИМО-Университета. 2018. 2(59)».

i. Понятие «концептуального ядра» здесь заимствовано у Т.А. Алексеевой. См. [1].

ii. См.: Джазаири И. Доклад специального докладчика по вопросу о негативном воздействии односторонних принудительных мер на осуществление прав человека. Генеральная ассамблея ООН. Совет по правам человека. 10 августа 2015 г. С. 8.

iii. Измерения суверенитета (уровня «государственности»), а также способности проецировать силу в международных отношениях проводились под руководством А.Ю. Мельвиля. Индекс государственности показал большой разброс между странами мира, а индекс потенциала международного влияния – подавляющее превосходство США над последующим десятком стран, и подавляющее превосходство десятка – над всеми остальными. См.: Мельвиль А.Ю, Полунин Ю.А, Ильин М.В. Миронюк М.Г., Мелешкина Ю.А., Тимофеев И.Н. Политический атлас современности. М.: Издательство МГИМО МИД России, 2007. 272 с. Более свежий обзор этих данных см.: Тимофеев И.Н. Мировой порядок или мировая анархия? Взгляд на современную систему международных отношений. М. Спецкнига, 2014. 48 с. О дисбалансах суверенитета см.: Тимофеев И.Н. Дилеммы государства в современном мировом порядке // Вестник МГИМО-Университета, том 46, 2016, №1. С. 29–41.

iv. Иллюстрацией к сказанному служит логика Грэма Аллисона и Дмитрия Саймса, анализирующих политику сдерживания России. См. [3].

v. National Security Strategy of the United States of America. December 2017. P. 34. https://www.whitehouse.gov/wpcontent/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905.pdf (дата обращения: 15.04.2018)

vi. National Security Strategy of the United States of America. February 2015. Pp. 4, 11, 23.

vii. См.например, Shared Vision, Common Action: A Stronger Europe. A Global Strategy for the European Union’s Foreign and Security Policy. June 2016. https://eeas.europa.eu/archives/docs/top_stories/pdf/eugs_review_web.pdf (дата обращения: 15.04.2018).

viii. См. Guidelines on Implementation and Evaluation of Restrictive Measures (sanctions) in the Framework of the EU Common Foreign and Security Policy. 15 June 2012. http://register.consilium.europa.eu/doc/srv?l=EN&f=ST%20 11205%202012%20INIT (дата обращения: 15.04.2018).

ix. Концепция внешней политики Российской Федерации. 30 ноября 2016 г. Раздел 26, пункт Д. http://www.mid.ru/ foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2542248 (дата обращения: 15.04.2018).

x. Summit of Heads of State and Government of the Group of 77. Santa Cruz, Bolivia. June 2014. http://www. harmonywithnatureun.org/content/documents/275yellow_g77%20English.pdf (дата обращения: 15.04.2018)

xi. Джазаири И. Указ. соч. С. 5.

xii. Там же.

xiii. Там же. С. 7.

xiv. Там же. С. 10.

xv. Там же. С. 14.


Введет ли Евросоюз экономические санкции против режима Лукашенко? | Европа и европейцы: новости и аналитика | DW

Хотя после президентских выборов в Беларуси Евросоюз ввел уже три пакета санкций, режим Александра Лукашенко не идет на диалог с протестующими и оппозицией. Поскольку «репрессии и преследования» в стране продолжаются, верховный представитель ЕС по внешней политике Жозеп Боррель объявил, что в Брюсселе «рассмотрят» принятие дальнейших санкций.

Тихановская призывает ЕС к реальным действиям

Это заявление глава европейской дипломатии сделал еще в феврале. Отвечая на вопрос корреспондента DW, Боррель тогда уточнил, что этим вопросом уже занимаются рабочие группы в Совете ЕС, который за санкции и отвечает. «Мы готовы пойти дальше. И мы сделаем это», — добавил он.

Глава МИД ФРГ Хайко Мас, Светлана Тихановская и Жозеп Боррель в Брюсселе, 21 сентября 2020 г.

Тем временем белорусская оппозиция ведет активный диалог с представителями ЕС и его государств-членов, призывая пойти на решительные меры. «Пришло время реальных действий», — заявила 10 марта Светлана Тихановская.

Как стало известно корреспонденту DW от двух источников в дипломатических кругах ЕС по состоянию на 11 марта, пока продолжаются неформальные дискуссии по четвертому пакету санкций.

«Позорные» и «нерешительные» санкции ЕС в отношении Минска

Зампредседателя делегации Европарламента по отношениям с Беларусью Карин Карлсбро в интервью DW назвала принятие нового санкционного списка «важным». «Политика и стратегия ЕС в отношении Беларуси должна основываться на двух элементах: санкциях и солидарности. Нужны целевые, острые и эффективные санкции, направленные на людей, ответственных за происходящее в Беларуси, за все эти ужасные нарушения прав человека», — считает шведка Карлсбро из либеральной фракции «Обновить Европу».

Она недовольна введенными до сих пор санкциями и считает, что их вводили «слишком нерешительно и слишком медленно». По ее мнению, в списки следовало внести «намного больше лиц». Она подчеркивает, что люди, ответственные за нарушения прав человека в Беларуси, известны. «Список должен быть длиннее, намного длиннее… Это могут быть люди, принимающие решения, это могут быть судьи и другие люди со специальными полномочиями», — говорит Карлсбро.

Член комитета Европарламента по иностранным делам Виола фон Крамон (Viola von Cramon) считает «позорными» санкции, уже введенные Евросоюзом. Она напоминает о событиях начала 2011 года. Тогда одним решением Совет ЕС добавил в санкционный список 117 белорусских чиновников за нарушение международных стандартов при проведении президентских выборов 2010 года и за подавление протестов. Теперь же, когда, по мнению фон Крамон, «жестокое подавление куда хуже», три пакета санкций охватили лишь 84 чиновника и семь компаний.

Санкции против «кошельков» режима Лукашенко

Большинство политиков в Брюсселе соглашаются с тем, что в списки следует внести больше белорусских чиновников. Менее однозначно воспринимаются экономические санкции. Даже внутри самой белорусской оппозиции отсутствует единый взгляд. В штабе Тихановской призывают к точечным санкциям. А вот член президиума Координационного совета Павел Латушко выступил за прекращение всех экономических связей с Беларусью.

Среди экономических санкций Евросоюза следует различать меры против отдельных предприятий и секторальные ограничения, распространяющиеся на целые сектора экономики. В интервью DW глава кабинета Тихановской Валерий Ковалевский четко заявил, что пока о секторальных санкциях команда экс-кандидата в президенты не говорит, а призывает к мерам против «кошельков режима».

С таким подходом согласна и Карин Карлсбро: «Я считаю важным добраться до кармана режима». По мнению евродепутата, если в список внести нужных предпринимателей, то это даст «намного более сильный эффект». При этом она указывает на ряд вопросов, на которые нужно ответить, вводя меры: государственное это предприятие или частное, финансирует ли эта компания режим или нет.

«Но могут быть и исключения, я открыта для этого. Это может быть, например, энергетический сектор. Но очень важно, чтобы это не зацепило частный бизнес, — отметила Карлсбро, призывая к осторожности: — Если мы определим секторы и будем добавлять к ним все новые и новые, то это может ударить по частным компаниям и лицам, не имеющим никакого отношения к репрессиям, происходящим в стране».

Секторальные санкции вместе с пакетом поддержки белорусов

Другого мнения придерживается немка фон Крамон из фракции «зеленых». Она за расширение персональных санкций, но «действительно эффективными» она считает лишь экономические меры. «Санкции, направленные на отдельные секторы, и не позволяющие снабжать Беларусь твердой валютой, являются, пожалуй, единственной возможностью оказать настоящее давление», — уверена фон Крамон.

В отношении Минска уже действуют санкции, затрагивающие определенные секторы. Но касаются они только военных товаров и технологий, а также оборудования, которое можно использовать для внутренних репрессий. Новые секторальные меры, скорее всего, потребуют согласия саммита ЕС. И для них нужно будет отдельное решение, которое сложнее подготовить, чем внести в действующий список дополнительных чиновников или компании.

Впрочем, в Беларуси есть несколько предприятий, санкции против которых будут действовать наравне с секторальными. По словам фон Крамон, в Европарламенте обсуждают меры против таких больших предприятий, как «Беларуськалий». «Такие предприятия, вообще-то, должны были бы попасть под санкции. Почему этого не произошло, я до сих пор не могу понять», — отмечает немецкий евродепутат.

Фон Крамон подчеркивает, что одновременно ЕС должен подготовить пакет экономической помощи для белорусов. Выделяемые сейчас деньги она считает недостаточными. «Нужен всеохватывающий пакет помощи Беларуси, чтобы Лукашенко не мог больше говорить, что он — единственный, кто заботится о белорусах. Вместо этого ЕС должен сказать: мы выделяем сотни миллионов евро на нужды людей, на здравоохранение, на обеспечение продуктами питания», — уверена евродепутат.

Смотрите также:

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Остановка на старте

    Дипломатические отношения между Республикой Беларусь и Евросоюзом установлены в августе 1992 года. В марте 1995-го в Брюсселе было подписано Cоглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС). Но после референдума 1996 года, резко расширившего полномочия президента, в следующем 1997-м ЕС приостановил ратификацию соглашения и ввел санкции в отношении высшего белорусского руководства.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Основа разногласий

    В основе разногласий Брюсселя и Минска – разная оценка итогов белорусских выборов. С 1996 года Евросоюз не считает их демократичными из-за несоответствия международным нормам. Не был признан законным и референдум 2004 года, давший Александру Лукашенко возможность выдвигаться в президенты без ограничений. Не устраивают ЕС также нарушения прав человека и репрессии против активистов и журналистов.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Санкции за репрессии

    Отношения Минска и Брюсселя серьезно обострились после разгона протестной акции в день выборов президента 19 декабря 2010 года. Либерализация 2007-2008 годов завершилась арестами соперников Лукашенко и судами над участниками протестов. Большую часть введенных после этого санкций в отношении Беларуси ЕС снял только в феврале 2016 года в ответ на освобождение политзаключенных.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Посольские скандалы

    Послы ЕС дважды покидали Беларусь. В июне 1998 года их выдворили из резиденций в поселке Дрозды под предлогом ремонта около резиденции Лукашенко. Дипломаты вернулись только в январе 1999 года. В феврале 2012-го 27 послов ЕС вновь выезжали из Минска на 2 месяца в знак солидарности с представителями Польши и ЕС, которым белорусская сторона предложила поехать «в свои столицы для консультаций».

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Сотрудничество в «Восточном партнерстве»

    Еще в 2009 году Беларусь вместе с Арменией, Азербайджаном, Грузией, Молдавией и Украиной была приглашена в программу ЕС «Восточное партнерство» (ВП). Но выяснилось, что Минск не претендует на интеграцию с Европой, заинтересован исключительно в прагматическом сотрудничестве в экономике и не намерен придерживаться одного из главных приоритетов ВП – демократизации.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    «Евронест» — без депутатов из Беларуси

    1-я парламентская ассамблея «Евронест» ВП прошла в мае 2011 года в Брюсселе без парламентариев из Беларуси. Те обиделись, что вместе с 5 депутатами от РБ пригласили и 5 представителей гражданского общества. На 6-й сессии «Евронеста» в Киеве 30 октября — 1 ноября 2017 года, как и на других, также не было официальной делегации, зато из Минска была приглашена большая группа оппозиционеров.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Минск не устраивает формат

    Президент Лукашенко не поехал осенью 2017 года на саммит ВП, хотя впервые получил приглашение после снятия санкций. Официальное толкование — формат сотрудничества не предполагает высокого уровня представительства. Делегацию возглавил руководитель МИД РБ Владимир Макей. Наблюдатели же объясняют отказ от поездки отсутствием бонусов, на которые надеялся Лукашенко, и страхом перед гневом Москвы.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Сотрудничество есть, а договора нет

    Беларусь – единственная из 6 стран-участниц ВП, не имеющая соглашения о сотрудничестве c ЕС. Отношения до сих пор регулируются договором СССР и Европейского экономического сообщества 1989 года. Минск хотел бы подписать с Брюсселем программу «Приоритеты партнерства». Это соглашение – всего лишь рамочный документ и в отличие от соглашения об ассоциации не устанавливает глубоких форм взаимодействия.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Экономическое партнерство

    Евросоюз для Беларуси – второй по важности торговый партнер после России. На долю ЕС приходится треть всей торговли страны. На экспорт идут в основном нефтепродукты. Товарооборот с ЕС в 1-м квартале 2017-го увеличился по сравнению с тем же периодом прошлого года на 5,6% – до 2,9 млрд долларов. Положительное сальдо 302 млн долларов. Правда, за предыдущие 3 года объем товарооборота упал почти вдвое.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Помощь от Евросоюза

    С 2014 по 2017 год пакет помощи ЕС для Беларуси составил 91,5 млн евро. Финансируются совместные проекты в сфере охраны окружающей среды, энергетики, обустройства границ. Национальный план по правам человека, принятый при содействии ЕС, заложил основу для внутренних реформ. Ведутся переговоры об упрощении визового режима и реадмиссии. Действует программа Erasmus+ для студентов и преподавателей.

  • История отношений Беларуси и Евросоюза

    Упрощение визового режима

    9 апреля 2020 года президент Беларуси Лукашенко подписал закон, принятие которого завершило процесс ратификации соглашения с Евросогюзом об упрощении визового режима. Среди прочего оно предусматривает снижение стоимости шенгенской визы для белорусов до 35 евро и установление максимального срока принятия решения о выдаче визы — 10 дней.

    Автор: Галина Петровская


Евросоюз вновь продлил экономические санкции против России | Новости из Германии о Европе | DW

Европейский Союз в четверг, 17 декабря, продлил до конца июля 2021 года срок действия санкций, введенных в отношении определенных отраслей российской экономики. Ограничительные меры касаются финансового, энергетического и оборонного секторов РФ, а также товаров двойного назначения. Они включают в себя ограничение доступа на первичный и вторичный рынок капитала ЕС для ряда российских финансовых учреждений, экспортный и импортный запрет на торговлю оружием и ряд других мер.

Евросоюз объявил о введении этих санкций в июле 2014 года. Брюссель готов ослабить либо отменить их только в том случае, если Россия выполнит минские договоренности об урегулировании конфликта на востоке Украины.

Аннексия Крыма и конфликт в Донбассе

Россия в марте 2014 года аннексировала украинский полуостров Крым и считает его своей территорией. Киев и подавляющее большинство стран мира аннексию украинской территории не признают. Вскоре после аннексии Крыма Соединенные Штаты, ЕС, Австралия, Новая Зеландия и Канада ввели в действие первый пакет санкций против Москвы.

В апреле-мае того же года в Донбассе при поддержке Москвы были незаконно провозглашены псевдогосударственные образования — «Донецкая народная республика» и «Луганская народная республика». Санкции в отношении России были расширены из-за поддержки Москвой сепаратистов на востоке Украины и поставок им оружия. Киев, со своей стороны, начал военные действия против вооруженных сепаратистов. По оценке ООН, с 2014 года в Донбассе погибли около 13 тысяч человек.

Смотрите также:

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Санкции США в связи с отравлением Навального

    10 российских, 3 немецких и 1 швейцарская компании попали под торговые санкции в связи с отравлением Алексея Навального. Вашингтон подозревает фирмы из черного списка Министерства торговли США от 3 марта 2021 года в причастности к созданию и распространению химоружия. Будут введены дополнительные лицензионные требования в вопросах экспорта, реэкспорта и передачи технологий этим компаниям.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    ЕС против российских силовиков

    2 марта 2021 года в Евросоюзе официально вступили в силу санкции против российских силовиков, ответственных за уголовное преследование Алексея Навального и нарушения прав человека при разгоне мирных протестов в РФ. Под санкциями ЕС оказались глава Следственного комитета Александр Бастрыкин, глава Росгвардии Виктор Золотов, начальник ФСИН Александр Калашников и генпрокурор России Игорь Краснов.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    США добавили в санкционные списки кремлевских чиновников

    США также ввели персональные санкции за отравление и преследование Навального. В список попали не только силовики, но и чиновники: директор ФСБ Александр Бортников, генпрокурор Игорь Краснов, заместители министра обороны Павел Попов и Алексей Криворучко, глава ФСИН и представители администрации президента РФ Сергей Кириенко и Андрей Ярин.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Запрет на оборонный экспорт в Россию

    Кроме персональных и торговых санкции, США ввели запрет на экспорт в Россию оборонных продуктов, технологий и услуг. Это также стало реакцией на применение химоружия против Алексея Навального и Сергея Скрипаля. Исключение сделано только для поддержки межправительственного космического сотрудничества. Коммерческое сотрудничество в космосе будет ограничено после полугодового переходного периода.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    За кибератаку на бундестаг

    22 октября 2020 года ЕС ввел санкции за кибератаку на германский бундестаг в апреле-мае 2015 года. Штрафные меры введены в отношении руководителя Главного управления Генштаба вооруженных сил РФ Игоря Костюкова, офицера Дмитрия Бадина и 85-го Главного центра специальной службы ГУ Генштаба. В их отношении вводятся визовые запреты, их имущество на территории ЕС подлежит замораживанию.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Санкции Евросоюза за отравление Навального

    ЕС и Великобритания 15 октября 2020 года ввели санкции за отравление Навального против чиновников кремлевской администрации Андрея Ярина и Сергея Кириенко, полпреда Путина в Сибирском федеральном округе Сергея Меняйло, главы ФСБ Александра Бортникова, замминистра обороны Алексея Криворучко и Павла Попова. Санкции введены и против института, где могло производиться вещество из группы «Новичок».

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Второй пакет санкций за отравление Скрипалей

    26 августа 2019 года США ввели в действие второй пакет санкций за отравление Сергея и Юлии Скрипаль. Вашингтон запретил своим банкам участвовать в первичной продаже суверенного долга не в рублях и предоставлять Москве нерублевые кредиты. Ограничения также коснулись лицензирования экспорта товаров и технологий, контролируемых министерством торговли США в рамках борьбы с распространением химоружия.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Первые в истории Евросоюза санкции за применение химоружия

    ЕС 21 января 2019 года впервые ввел санкции за применение химоружия. В список попали россияне, причастные к отравлению нервнопаралитическим веществом «Новичок» бывшего двойного агента Сергея Скрипаля и его дочери Юлии: начальник Главного управления генштаба РФ Игорь Костюков, его первый зам Владимир Алексеев, а также предполагаемые исполнители, сотрудники ГРУ Анатолий Чепига и Александр Мишкин.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Первый пакет санкций за отравление Скрипалей

    27 августа 2018 года в силу вступили новые санкции США за применение Россией химического оружия. Эти штрафные меры включают запрет на продажу России вооружений и другой оборонной продукции, отказ в доступе к американским товарам и технологиям, особо важным с точки зрения национальной безопасности, а также в предоставлении кредитов правительства США, кредитных гарантий и иной финансовой поддержке.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    США наказали олигархов за вмешательство Москвы в выборы

    В апреле 2018 года американский Минфин впервые нанес удар по российским частным компаниям. Он ввел санкции в отношении 24 росcийских бизнесменов из опубликованного ранее «Кремлевского доклада». Среди них оказались такие влиятельные олигархи, как Олег Дерипаска и Виктор Вексельберг. Активы их компаний на территории США заморожены, а американцам запрещено вести с ними бизнес.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Санкции США в отношении силовиков

    В декабре 2016 года США ввели санкции в связи с возможными кибератаками со стороны российских хакеров во время американской избирательной кампании. На этот раз в черном списке оказались Главное разведывательное управление и Федеральная служба безопасности.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    ВПК под прицелом

    Санкции в сфере ВПК включают введенный Евросоюзом запрет летом 2014 года на торговлю с Россией оружием и запрет на экспорт в РФ товаров двойного назначения для оборонного сектора. США, в свою очередь, ввели штрафные меры против 11 производителей электроники, которая может быть использована для нужд военной промышленности. Причиной введения санкций стал конфликт в Донбассе и аннексия Крыма.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Российская нефтянка под санкциями

    Санкции в отношении российской нефтяной отрасли в 2014 году ввели и США, и ЕС, ограничившие работу своих компаний в российской Арктике. Брюссель также запретил поставки в РФ высокотехнологичного оборудования для нефтяной сферы в ответ на действия РФ в Украине.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    ЕС ввел ограничительные меры против секторов экономики РФ

    31 июля 2014 года секторальные санкции в ответ на действия РФ в Украине ввел ЕС. Под них попали пять крупнейших российских банков — «Сбербанк», ВТБ, «Газпромбанк», «Россельхозбанк» и ВЭБ, которым был ограничен доступ к рынкам капитала ЕС. Позднее такие же ограничения Брюссель ввел в отношении трех нефтяных компаний — «Роснефти», «Транснефти» и «Газпром нефти» — и трех оборонных предприятий.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Секторальные санкции в связи с событиями в Украине

    16 июля 2014 года США ввели санкции в отношении компаний «Роснефть» и «Новатэк», а также «Газпромбанка» и ВЭБа. Они не могут получать в США долговое финансирование сроком более 90 дней. С ВЭБом и «Газпромбанком» запрещено проводить транзакции. Впоследствии в этот список были добавлены Банк Москвы, ВТБ, «Россельхозбанк» и Объединенная судостроительная корпорация.

  • Какие санкции США и ЕС действуют в отношении России

    Запрет на въезд и заморозка активов

    В марте 2014 года, после аннексии Россией Крыма, США и ЕС ввели санкции в отношении российских чиновников и депутатов Госдумы. Им был запрещен въезд, а их американские и европейские активы оказались заморожены. В санкционные списки, которые впоследствии неоднократно расширялись, попали спикер СФ Валентина Матвиенко, депутат Леонид Слуцкий и советник российского президента Сергей Глазьев.

    Автор: Ирина Филатова, Виталий Кропман


Евросоюз решил продлить экономические санкции против России

БРЮССЕЛЬ, 10 дек — ПРАЙМ. Саммит глав государств Евросоюза принял решение в очередной раз продлить экономические санкции в отношении России, написал в своем Twitter пресс-секретарь главы Евросовета Баренд Лейтс.

В Кремле считают, что Европа пострадает от санкций больше, чем Россия

«На саммите — соглашение по заключениям об отношениях ЕС и США и продлению санкций против РФ», — сообщил он.

Накануне саммита источник в ЕС сообщил журналистам, что лидеры государств и правительств стран-членов Евросоюза 10-11 декабря в Брюсселе обсудят выполнение минских договоренностей, а также продление санкций против России.

Ранее европейский источник также заявил РИА Новости, что пакет экономических санкций Европейского союза против России будет продлен в ходе саммита на полгода по стандартной процедуре.

Чубайс предложил способ обойти «углеродный налог» Евросоюза

По словам собеседника агентства, эти экономические санкции, которые затрагивают обмен с Россией в конкретных секторах экономики, периодически пересматриваются на основе последней оценки состояния выполнения минских соглашений.

Последний раз экономические санкции продлевались в июне этого года до 31 января 2021 года на заседании комитета постпредов ЕС.

Антироссийские экономические санкции ЕС в связи с событиями в Крыму впервые были введены 31 июля 2014 года. С тех пор они многократно продлевались.

Исследование: немецкий бизнес выиграет от отмены санкций Евросоюза

Стандартная процедура подразумевает единогласное политическое одобрение продления мер на саммите европейских лидеров и последующее техническое согласование и оформление службами Совета Европейского союза.

Срок действия санкций был увязан Евросоветом в марте 2015 года с «полным выполнением минских соглашений». Обычно ЕС объясняет продление санкций «отсутствием прогресса в реализации минских соглашений».

Согласно регламенту, прежде чем принять решение о продлении, Совет ЕС проводит оценку ограничительных мер.

На Украине хотят ужесточить санкции против России из-за Донбасса

В зависимости от развития ситуации, Совет может принять решение об изменении, продлении или приостановке таких мер.

Ограничительные меры затрагивают финансовый, энергетический и оборонный сектора, а также продукцию двойного назначения.

Они предполагают ограничение доступа на рынок капиталов ЕС пяти крупнейших российских финансовых структур, где главным собственником является российское государство.

Кроме того, под санкции попали три российские энергетические компании и три компании в оборонной сфере.

США призывают Евросоюз срочно ввести санкции по новому механизму

Меры предусматривают эмбарго на импорт и экспорт оружия, товаров двойного назначения, ограничения на передачу России ряда услуг и технологий, которые могут использоваться в нефтедобыче.

Отношения России и западных стран ухудшились в связи с ситуацией на Украине и вокруг Крыма, который воссоединился с Россией после референдума на полуострове.

Запад, обвинив РФ во вмешательстве, ввел против нее санкции, Москва приняла ответные меры, взяла курс на импортозамещение и не раз заявляла, что разговаривать с ней на языке санкций контрпродуктивно.

ЕС принял свой «Акт Магнитского»

Россия также неоднократно заявляла, что не является стороной конфликта на Украине и субъектом минских соглашений по урегулированию.

Ранее ни одна страна Евросоюза не выступила против продления антироссийских санкций

экономические санкции и ВТО — Россия в глобальной политике

Маартен Смеетс являлся на момент написания статьи советником Всемирной торговой организации. Взгляды, высказанные в этой статье, являются его личным мнением и могут не совпадать с позицией ВТО. Статья опубликована в журнале Global Dialog, т. 2, № 3, лето 2000 года.

Идею торговых санкций часто напрямую связывают с ответными действиями, обусловленными процессом урегулирования споров во Всемирной торговой организации. Один из примеров – отмена Соединенными Штатами торговых уступок в ответ на введенный Евросоюзом режим импорта бананов, который был признан противоречащим правилам ВТО. Другой пример – ответные действия США после введения ЕС ограничений на импорт обработанной гормонами американской говядины. Вашингтон начал действовать, после того как ВТО вынесла решение, что опасения, высказанные Брюсселем, не имеют достаточного научного обоснования.

Однако экономические санкции включают бойкоты и эмбарго, которые страны могут применить по правилам ВТО, но при этом они не подпадают под процесс урегулирования споров в рамках организации. Они являются частью исключительных мер, к которым члены ВТО прибегают в особых обстоятельствах. Эти действия преимущественно, можно сказать почти исключительно, связаны с политическими событиями, которые вынуждают одну страну принимать меры против другой, ужесточая торговые правила в целом или частично. Ответные шаги, обусловленные механизмом урегулирования споров, следуют логике восстановления баланса прав и обязанностей между членами, если они были затронуты мерами одной из стран, нарушающими нормы ВТО. Но эта логика не определяет, когда применяются подобные экономические санкции: они оправдываются исключениями по соображениям безопасности в соответствии со статьей XXI Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ).

Противоречия между санкциями и правилами ВТО обусловлены тем, что Всемирная торговая организация создавалась для либерализации торговли, а непосредственная цель санкций – ограничить торговлю по неэкономическим, преимущественно политическим причинам. В этой статье мы рассмотрим основные характеристики санкций, как они работают в теории и на практике и как соотносятся с фундаментальными принципами ВТО.

Характеристики санкций

Экономические санкции, если говорить в целом, включают все виды прямого ограничения торговли между суверенными государствами, а также нередко финансовые и инвестиционные ограничения. Санкции могут принимать форму эмбарго, когда под запретом оказывается экспорт из одной или нескольких стран в какое-то конкретное государство, или бойкота, когда блокирован импорт из конкретной страны. Иногда может действовать и то и другое, в этом случае торговые отношения прекращаются полностью. Чтобы санкции были эффективными, они должны сочетать эмбарго и бойкот. Выбор, естественно, зависит от целей, которые ставят перед собой те, кто вводит санкции. Эффективность санкций в значительной степени зависит от экономической уязвимости страны-объекта и от инструментов, доступных в ходе санкционной кампании.

Экономические и торговые санкции часто дополняются мерами, затрагивающими неторговые сферы. Например, страну-объект могут лишить доступа на культурные или спортивные мероприятия. Санкции обычно рассматриваются как часть «мягкой» международной дипломатии и альтернатива войне. По этой причине они являются популярным политическим инструментом. В то же время экономические санкции воспринимаются как более жесткое выражение неодобрения, чем простое устное заявление. Можно сказать, что санкции – это «зубы» подобных заявлений, но насколько болезненны их укусы? Хотя санкции являются популярным политическим инструментом, эмпирические данные показывают, что число успешных санкционных кампаний невелико.

История также свидетельствует, что экономические санкции необязательно являются заменой войны, чаще всего они становятся ее прелюдией. Когда оказывается, что экономические санкции не справляются со своей задачей, используются более серьезные средства. Так произошло после вторжения Ирака в Кувейт в 1990 г. и позже с Югославией. Однако в обоих случаях можно говорить о том, что санкциям не было дано достаточно времени, чтобы они оказали значительное воздействие. Можно также утверждать, что другие, в основном политические, факторы подталкивали к военному вмешательству независимо от эффективности или неэффективности санкций.

В чем же тогда главная цель? Торговые санкции являются следствием политического решения оказать воздействие на другое государство. Они направлены на экономическую изоляцию, чтобы таким образом продемонстрировать несогласие с курсом. Цели различаются в каждом конкретном случае, но в целом они призваны добиться изменений внутренней или внешней политики страны-объекта. Экономические санкции следует рассматривать как инструмент оказания давления, чтобы способствовать политическим изменениям. Цели варьируются от «мягких», т.е. просто выражения недовольства поведением, до «жестких», т.е. обеспечения кардинального изменения такого поведения. Таким образом, торговые санкции – экономическое средство достижения политических целей.

Как можно сделать санкции эффективными? Хотя нет эмпирических данных, убедительно доказывающих успешность такого инструмента, они популярны у правительств, которые считают, что это подходящее средство для выражения неодобрения. Кроме того, санкции показывают электорату, что политики серьезно относятся к своим обязанностям и не оставляют «зло» безнаказанным. Поэтому санкции часто воспринимаются как мера, призванная произвести впечатление на внутреннюю аудиторию. Однако они могут ударить и по стране-санкционеру, лишив ее бизнес рынка, торговых и инвестиционных возможностей в стране-объекте. Так обычно происходит, когда санкции не соблюдаются всеми торговыми партнерами единодушно.

Как подсказывает здравый смысл, чтобы меры были эффективными, их масштаб и стоящие на кону цели должны быть тесно связаны. Иными словами, чем амбициознее цели, тем обширнее должен быть пакет. Тем не менее опыт показывает, что, даже если применены полномасштабные санкции и страна кажется тотально изолированной, гарантии успеха все равно нет.

Одна из проблем при анализе эффекта давления – отсутствие четко определенных целей. Правительства делают политические заявления, оправдывая введение санкций, но часто опускают конкретную задачу, понимание которой позволило бы потом проанализировать воздействие и сделать вывод об успешности. Именно поэтому санкции обычно действуют долго: принять решение о введении санкций проще, чем оценить результативность и затем вынести постановление об их отмене.

Санкции чаще всего вводятся по политическим причинам, но правовым основанием для их оправдания нормами ВТО является защита «национальной безопасности». Соответствующий юридический документ – это Статья XXI ГАТТ, в которой под термином «исключения по соображениям безопасности» (т.е. исключения, разрешающие введение торговых ограничений) понимаются действия, которые государство «считает необходимыми для защиты существенных интересов своей безопасности». Далее мы обсудим, что понятие «существенные интересы безопасности» достаточно гибкое, и многие эксперты опасаются, что пространная манера изложения этой статьи закладывает базу для применения протекционистских мер. Однако вначале давайте рассмотрим механизм.

Экономические войны

Как вводятся санкции? По своей природе они предназначены для того, чтобы нарушить или полностью прервать экономические связи между двумя или более государствами. Таким образом, они противоречат фундаментальным принципам ВТО, которые направлены на открытие рынков и обеспечение стабильных, безопасных, прозрачных и предсказуемых торговых отношений. Задача ВТО – либерализация торговли и поддержание гармоничных торговых отношений, что, в свою очередь, позволяет повысить общий уровень благосостояния.

Механизм, при котором экономические санкции достигают цели, строится на искажении теории международной торговли, предполагающей, что всеобщее экономическое благосостояние может быть достигнуто в условиях свободной торговли. ГАТТ (1947 г.) и ВТО как его преемница (1995 г.) базируются на аналогичном принципе – экономическое благосостояние можно увеличить путем либерализации торговли. Марракешское соглашение о создании ВТО подтверждает этот постулат. Как гласит преамбула, стороны признают, что их «отношения в области торговли и экономическая политика должны осуществляться с целью повышения жизненного уровня, обеспечения полной занятости и значительного и постоянного роста уровня реальных доходов и эффективного спроса, а также расширения производства и торговли товарами и услугами».

Теория подразумевает, что любое ограничение торговли, в особенности защита индивидуальных рынков путем повышения тарифов или введения прямых ограничений импорта с помощью квот, по факту уменьшит общий уровень благосостояния. На этом предположении строятся теории экономической войны. Эмбарго вызывает кризис предложения, бойкот ведет к изоляции страны-объекта от мирового рынка. Результатом является падение благосостояния. В зависимости от баланса сил между вовлеченными государствами и природы их экономического взаимодействия санкционер может уменьшить уровень доходов и благосостояния в стране-объекте до недопустимо низких показателей. Более слабая сторона, столкнувшись с ухудшением условий торговли, будет вынуждена выполнить требования страны-санкционера.

Анализ теории экономических войн базируется на ряде предположений, сходных с теми, которые используются в теории торговли, но они необязательно соответствуют действительности. Поэтому предполагается, что между моментом принятия решения о санкциях, их введением и воздействием на экономику нет временной задержки. Иными словами, они больно «кусают» сразу же. Такое возможно только в идеальных условиях, когда процесс принятия решения является простой формальностью и позиции в стране, вводящей санкции, утверждаются мгновенно и единогласно. Кроме того, предполагается, что у объекта санкций нет никаких лазеек. Хотя правила ВТО предусматривают немедленные действия, в реальности это вряд ли выполнимо. Большинство стран следуют демократическому процессу принятия решений, поэтому согласование мер неизбежно требует времени. В результате у объекта появляется отсрочка, чтобы организоваться, просчитать эффект, начать поиск новых торговых партнеров или укрепить существующие отношения с дружественными странами, которые отказываются соблюдать санкции.

Возникает еще один вопрос: как определить минимальный порог благосостояния, опустившись ниже которого, страна будет вынуждена пойти на уступки? Опыт показывает, что нации могут выносить серьезные лишения и не сдаваться. В первую очередь это объясняется тем, что удар санкций в основном ощущают простые граждане, а не политическое руководство. В отличие от большинства западных государств, где благодаря демократическим процедурам непопулярные правительства теряют власть, в странах с диктаторскими режимами, против которых применяют санкции, такого не происходит. В действительности трудности, переживаемые населением, нередко используются руководителями для укрепления своей власти.

Суммируя, можно сказать: хотя теория торговли подводит прочную основу под утверждение о том, что либерализация увеличивает уровень благосостояния, это отнюдь не означает, что ограничение торговли существенно его снизит. Несмотря на недостаточное число экономических доказательств эффективности торговых санкций и несмотря на тот факт, что они противоречат ключевым принципам ВТО, страны по-прежнему демонстрируют готовность использовать их.

Подрыв принципов ВТО

С момента появления ГАТТ в 1947 г. предприняты все возможные усилия, чтобы устранить препятствия для международной торговли. Этот процесс – результат продуманной политики правительств по открытию рынков, либерализации торговли и устранению барьеров, препятствующих повышению общего уровня благосостояния и благополучию потребителей. Основой является идея о том, что либерализация торговли приносит пользу всем, способствует миру, укрепляет взаимоотношения и взаимозависимость между странами, а ее воздействие не ограничивается исключительно экономикой. Эти постулаты были признаны президентом США Гарри Трумэном в 1947 г., когда он поддержал создание Международной торговой организации, заявив, что торговля и мир «неразрывно связаны». На создание ВТО ушло полвека. Это был институциональный результат Уругвайского раунда переговоров, начавшегося в 1986 г. в Пунта-дель-Эсте и завершившегося в 1995 г. в Марракеше. Связь торговли и мира актуальна и сегодня, и, возможно, даже больше, чем раньше, учитывая тесные экономические связи, характерные для современных международных отношений.

Уругвайский раунд представлял собой серьезные многосторонние усилия более ста государств по либерализации мировой торговли и решению ряда проблем, стоящих перед торговой системой. Это был самый масштабный этап торговых переговоров в истории ГАТТ, активное участие принимали как развитые, так и развивающиеся страны. Благодаря успешному завершению Уругвайского раунда удалось повысить предсказуемость и прозрачность торговой системы и создать новые рыночные возможности. Фундамент торговой системы упрочен благодаря созданию Всемирной торговой организации. Хотя она базируется преимущественно на тех же принципах, включая режим наибольшего благоприятствования, отсутствие дискриминации и прозрачность, ВТО существенно превосходит ГАТТ. Ее структура обеспечивает выполнение обязательств в первую очередь благодаря преобразованным процедурам урегулирования споров, а также является площадкой для обсуждения неограниченной повестки дня – практически любых вопросов, связанных с торговлей. Хотя нужды развивающихся и в особенности наименее развитых стран признаются, создано единое игровое поле, и все права и обязанности в торговой системе применяются ко всем членам ВТО. Кроме того, все члены в равной степени могут обращаться за помощью, чтобы обеспечить осуществление своих прав и обязанностей.

Другие значительные достижения Заключительного акта Уругвайского раунда – либерализация торговли посредством снижения тарифов, ужесточения правил по нетарифным торговым барьерам и упразднения мер серой зоны, что позволило закрепить применение ценовых мер для ограничения торговли; возвращение двух крупных секторов (сельское хозяйство, текстиль и одежда) в рамки многосторонней торговой системы; распространение действия многосторонних правил на торговлю услугами, а также на торговые аспекты, связанные с правами интеллектуальной собственности; утверждение правил в сфере инвестиционных мер и повышение надежности международной торговой системы путем закрепления процедур разрешения споров.

Все это не очень сочетается с экономическими санкциями, которые обычно применяются в форме торгового эмбарго или бойкота. Суть в том, что оба вида санкций напрямую затрагивают количество экспортируемых и/или импортируемых товаров, и в теории и на практике значительно серьезнее нарушают торговлю, чем введение импортных пошлин, которые действуют на уровне цены товара или услуги. Тотальный бойкот/эмбарго обычно полностью блокирует торговлю, в то время как введение тарифа, независимо от его уровня, сказывается только на финальном ценнике, в этом случае потребитель сам решает, платить ли ему завышенную цену. Таким образом, тарифы – это ценовые инструменты, в отличие от количественных ограничений, которые являются более дискриминационными и наносят больший вред.

Высокий тариф вполне способен понизить спрос до нуля, но сам по себе он не запрещает странам торговать друг с другом. Количественные ограничения делают это, и поэтому они считаются наносящими больший ущерб в экономическом отношении, «несправедливыми» с торговой точки зрения и одним из самых больших грехов в ВТО. Статья XI.1 ГАТТ запрещает иные торговые ограничения, кроме пошлин, налогов и других сборов, некоторые исключения прописаны в Статье XI.2.

Таким образом, соглашения и нормативные документы ВТО представляют собой сложный набор обязательств между всеми членами организации. Их выполнение обеспечивает процесс урегулирования споров, который закреплен уругвайским раундом переговоров. Подрыв или нарушение какой-либо торговой уступки автоматически требует компенсации, чтобы не пострадал общий уровень торговли. Иными словами, если страна вынуждена прибегнуть к протекционистским мерам в отношении какого-то товара или услуги, она может это сделать только в соответствии с конкретными положениями ВТО, чтобы не нарушить общий баланс прав и обязанностей. Единственное исключение из этого правила – экономические санкции, которые в прошлом ГАТТ, а теперь ВТО разрешает странам применять для экстренной защиты интересов своей национальной безопасности.

Статья XXI

Как усилия по либерализации торговли сочетаются со Статьей XXI, которая позволяет стране вводить санкции и соответственно ограничивать торговлю, чтобы защитить интересы национальной безопасности? Короткий ответ на этот вопрос – никак не сочетаются. Но реальность намного сложнее.

Что же говорится в Статье XXI? Она гласит: «Ничто в настоящем Соглашении не должно быть истолковано

(а) как требование к какой-либо договаривающейся стороне предоставлять любую информацию, раскрытие которой она считает противоречащим существенным интересам ее безопасности, или

(b) как препятствующее любой договаривающейся стороне предпринимать такие действия, которые она считает необходимыми для защиты существенных интересов своей безопасности:

(i) в отношении расщепляемых материалов или материалов, из которых они производятся;

(ii) в отношении торговли оружием, боеприпасами и военными материалами, а также торговли другими товарами и материалами, которая осуществляется, прямо или косвенно, для целей снабжения вооруженных сил;

(iii) если они принимаются в военное время или в других чрезвычайных обстоятельствах в международных отношениях, или

(с) как препятствующее любой договаривающейся стороне предпринимать любые действия во исполнение ее обязательств по Уставу Организации Объединенных Наций для сохранения мира во всем мире и международной безопасности».

Таким образом, положения Статьи XXI разрешают стране-члену прервать торговые отношения немедленно, без предварительного предупреждения и не оставляя стране-объекту особых возможностей оспорить эти меры с помощью процедур урегулирования споров. Такие шаги фактически нарушают все фундаментальные принципы ВТО: это одностороннее действие, противоречащее основным недискриминационным принципам многосторонней торговли ВТО. Санкции по определению избирательны и лишают страну-объект любых выгод и привилегий, предоставленных другим членам.

Положение о режиме наибольшего благоприятствования является одним из столпов системы с момента появления ГАТТ. Договаривающиеся стороны обязались предоставлять равные условия для продукции друг друга, и члены ВТО взяли на себя аналогичные обязательства в сфере торговли товарами и услугами, а также в сфере защиты прав интеллектуальной собственности.

Принцип национального режима осуждает дискриминацию иностранных и отечественных поставщиков товаров и услуг, а также иностранных и отечественных владельцев прав интеллектуальной собственности. На практике это означает, что после уплаты пошлин импортные товары должны пользоваться таким же режимом, что и национальная продукция с точки зрения сборов, налогов, административных и других норм (Статья III ГАТТ). Принцип национального режима трактуется несколько иначе в Генеральном соглашении по торговле услугами (ГАТС) из-за особой природы этой торговли. Национальный режим прописан в Части III ГАТС (Статья XVII), где он становится предметом переговоров и может подвергаться особым условиям или квалификации, которые члены прописывают в своих перечнях, касающихся торговли услугами.

Пока действуют санкции, связанные ставки тарифов не применяются. В результате аннулируются тарифные уступки, которые были согласованы сторонами и внесены в соответствующие перечни. Это самая суть системы ГАТТ/ВТО. Один из фундаментальных принципов системы ВТО – желательность предсказуемого и растущего доступа к рынкам для товаров и услуг. Безопасность и предсказуемость в торговле достигается посредством обязательств, касающихся связанных ставок тарифов, т.е. юридических обязательств не поднимать тарифы выше определенного уровня. С некоторыми нюансами обязательства по услугам тоже не применяются.

Первоначально не было жестких обязательств, требующих от членов ВТО заранее уведомлять других членов и/или проводить с ними консультации до введения экономических санкций. Обязательства по уведомлению стали важнейшим следствием Уругвайского раунда переговоров. Они предназначены для укрепления прозрачности, которая становится все более значимым принципом ВТО. Затронутые стороны теперь должны быть проинформированы о торговых мерах, предпринимаемых в соответствии со Статьей XXI (см. ниже).

Кроме того, экономические санкции не ограничены по времени и могут затрагивать любые сектора, товары, услуги и не связанные с торговлей права интеллектуальной собственности. Они избегают международного контроля, поскольку не подлежат какому-либо механизму многостороннего наблюдения.

Вопрос о том, когда можно ссылаться на исключения по соображениям безопасности, широко обсуждался, но определенного ответа так и нет. В отсутствии четкого определения, что представляют собой «существенные интересы безопасности», Статья XXI в той или иной степени дает членам ВТО карт-бланш, позволяя нарушать торговые отношения по неэкономическим причинам. Это не означает, что санкции нельзя поставить под вопрос с помощью процедур урегулирования споров; такое уже случалось, но факты свидетельствуют о том, что помощь стране-объекту была ограниченной.

Во время обсуждений в Женеве один из разработчиков первоначального Устава ГАТТ сказал, отвечая на вопрос о значении термина «существенные интересы безопасности»: «Мы признали, что существует опасность слишком широких исключений… потому что это позволит творить все что угодно. Поэтому мы продумали разработку положений, которые бы позаботились о реальных интересах безопасности и в то же время… ограничили исключения, чтобы не допустить использования протекционизма для поддержки промышленности при любых подходящих обстоятельствах… Это действительно вопрос баланса».

Использование исключений по соображениям безопасности

История обсуждения нескольких санкционных эпизодов основывается в Обзоре ВТО по законодательству и практике ГАТТ (WTO’s Guide to GATT Law and Practice, Analytical Index), в котором суммированы случаи применения Статьи XXI.

Исключения по соображениям безопасности впервые обсуждались в 1949 г. после жалобы Чехословакии. Было решено, что каждая страна в конечном итоге должна быть судьей по вопросам, касающимся ее собственной безопасности. Однако в то же время всех участников призвали быть осторожными и не предпринимать шагов, которые могут подорвать ГАТТ.

В момент присоединения Португалии к ГАТТ (1981 г.) Гана заявила, что угроза интересам безопасности страны может быть как потенциальной, так и фактической. Соответственно, ситуация в Анголе рассматривалась как постоянная угроза миру на африканском континенте, и любые действия, которые путем оказания давления на португальское правительство могли уменьшить эту угрозу, считались легитимными.

Участники ГАТТ не возвращались к этому вопросу до Фолклендского (Мальвинского) кризиса. Во время обсуждения на Совете ГАТТ в 1982 г. торговых ограничений по неэкономическим причинам, которые Европейское экономическое сообщество (ЕЭС), Канада и Австралия применили против импорта из Аргентины, было отмечено, что права, прописанные в статье XXI, представляют собой общее исключение и не требуют уведомления, обоснования или одобрения. Вновь было подчеркнуто, что каждый участник соглашения является судьей последней инстанции, решая, когда можно воспользоваться этими правами. В то же время отмечалось, что у ГАТТ нет ни полномочий, ни обязанностей по разрешению возникшего политического вопроса. Эту точку зрения поддержали другие крупные торговые партнеры, включая США.

Аргентина, оспаривая эту позицию, заявляла, что торговые ограничения нельзя применять без уведомления, обсуждения и обоснования. В результате дебатов участники ГАТТ решили рассмотреть эту проблему на ежегодной встрече в 1982 г. и приняли конкретные формулировки в Параграфе 7 (iii) Министерской декларации: «Договаривающиеся стороны берут на себя обязательства индивидуально и совместно … воздерживаться от применения ограничительных торговых мер по причинам неэкономического характера, противоречащих Генеральному соглашению».

По вопросу об уведомлении договаривающиеся стороны приняли в 1982 г. «Решение, касающееся Статьи XXI Генерального соглашения»:

1. В качестве оговорки к Статье XXI (a) 2 договаривающиеся стороны должны быть проинформированы в максимально полной мере о торговых мерах, принимаемых по Статье XXI.

2. Когда действие предпринимается по Статье XXI, все договаривающиеся стороны, затронутые данным действием, сохраняют полные права по Генеральному соглашению.

3. В Совет можно обратиться с просьбой рассмотреть данный вопрос в установленном порядке.

Некоторые экономические санкции обосновывались положениями, содержащимися в Статье XXI (b) (iii) и касающимися войны и чрезвычайных обстоятельств в международных отношениях. Члены Лиги арабских государств оправдывали бойкот Израиля и вторичный бойкот фирм, имеющих отношения с ним, исключительными обстоятельствами ближневосточного конфликта. Они утверждали, что состояние войны, которое давно преобладает в регионе, обусловило необходимость прибегнуть к бойкоту. Учитывая политический характер вопроса, Объединенная Арабская Республика не хотела обсуждать его в рамках ГАТТ.

То, что положения, касающиеся безопасности, имеют пределы и не могут восприниматься как карт-бланш для оправдания ограничения импорта, показал случай с введением Швецией квот на импорт определенных видов обуви в ноябре 1975 года. Швеция утверждала, что поддержание минимального уровня национального производства в ключевых отраслях неотделимо от положений о защите товаров первой необходимости в случае войны или других чрезвычайных ситуаций. Аргументы признали неубедительными, и Швеция была вынуждена отменить квоты на обувь.

Стоит вспомнить, что разработчики ГАТТ, а позже и ВТО, предусмотрели другие положения, касающиеся подобных ситуаций, включая защитные меры, которые позволяют стране вводить временные вспомогательные ограничения импорта, чтобы защитить национальную промышленность от нежелательной конкуренции. Условия использования этих защитных мер участники ГАТТ часто воспринимали как слишком обременительные, поэтому их пытались обойти. Недостатки этих положений удалось исправить благодаря разработке Соглашения о защитных мерах ВТО в рамках Уругвайского раунда.

Еще в одном случае Соединенные Штаты уведомили участников ГАТТ о том, что полностью блокируют импорт товаров и услуг никарагуанского происхождения и американский экспорт в Никарагуа, а также связанные с этим транзакции. США оправдывали введенные меры исключениями по соображениям национальной безопасности. Вновь процедурные нормы помешали специальной комиссии ГАТТ, созданной для расследования американского эмбарго, изучить и оценить обоснованность использования Вашингтоном Статьи XXI. Торговое эмбарго было снято в апреле 1990 г., когда Соединенные Штаты посчитали, что экстренная для национальной безопасности ситуация, связанная с Никарагуа, закончилась.

Еще один эпизод связан с торговыми мерами, примененными по Статье XXI Евросоюзом и его членами против Югославии в 1991 году. Меры включали приостановление торговых льгот, предоставленных Югославии по двустороннему торговому соглашению с ЕС; введение определенных ограничений (ранее приостановленных) на импорт текстиля из Югославии; отмену преференциальных торговых выгод; приостановление действия торговых соглашений между ЕС и его членами и Югославией. Аналогичные экономические санкции или отмену преференциальных выгод ввели Австралия, Австрия, Канада, Финляндия, Япония, Новая Зеландия, Норвегия, Швеция, Швейцария и США.

Югославия обратилась с просьбой создать специальную комиссию в соответствии со Статьей XXIII, заявляя, что меры, примененные ЕС, противоречат Статьям I, XXI и Разрешительной оговорке; что они не соответствуют букве и духу Параграфа 7 (iii) Министерской декларации от ноября 1982 г. и препятствуют достижению целей Генерального соглашения. Кроме того, Белград заявлял, что не было каких-либо решений или резолюций соответствующего органа ООН о введении экономических санкций против Югославии. Специальная комиссия была создана в марте 1992 года. Но затем последовала трансформация Социалистической Федеративной Республики Югославия в Союзную Республику Югославия, состоящую из Сербии и Черногории, и ЕС посчитал, что пока не будет решен вопрос о статусе Югославии как договаривающейся стороны, работа комиссии не имеет под собой оснований и не может продолжаться.

Некоторые выводы

Обсуждение, приведенное выше, позволяет вынести несколько общих уроков:

  • Несмотря на отсутствие убедительных доказательств, что экономические санкции помогают добиться преимущественно политических целей, они остаются излюбленным инструментом политики.
  • Хотя экономические санкции явно противоречат фундаментальным принципам многосторонней торговой системы ВТО, основатели ГАТТ, а позднее ВТО, намеренно оставили государствам-участникам возможность прибегать к исключениям, разрешенным Статьей XXI, в основном как к инструменту защиты существенных интересов своей безопасности.
  • Что представляют собой «существенные интересы безопасности», не определено в Генеральном соглашении и остается на усмотрение членов. Дебаты в Совете ВТО показывают, что принятие твердой концепции нежелательно, скорее она должна оставаться относительно открытой, чтобы покрывать различные ситуации, которые в противном случае будут исключены из соглашения.
  • Правила ВТО позволяют объектам экономических санкций обратиться за помощью через процедуры урегулирования споров, но, как показывают факты, такое обращение дает скромные результаты. В основном проясняются права и обязанности членов, в частности касающиеся прозрачности.
  • Экономические санкции используются относительно редко, и хотя они подрывают главную цель ВТО, которая заключается в либерализации торговли, они не могут рассматриваться как угроза для системы в целом.

Тихановская выступила против экономических санкций в отношении Белоруссии

Возможные экономические санкции западных стран в отношении Белоруссии нецелесообразны, поскольку они могут оказаться тяжелым бременем для жителей республики, заявила экс-кандидат в президенты Белоруссии Светлана Тихановская в интервью газете Le Journal du Dimanche, передает ТАСС.

«Я не считаю необходимыми экономические санкции против Белоруссии. Потому что даже если они и позволят оказать давление на власти, они в то же время окажутся тяжелым бременем для населения», — рассказала она.

В то же время, Тихановская считает необходимым принятие Западом санкций в отношении белорусских должностных лиц из составленного оппозицией списка имени Александра Тарайковского, ответственных за случаи насилия со стороны силовиков.

Тихановская также заявила, что президент Франции Эммануэль Макрон мог бы не признать Александра Лукашенко легитимным президентом республики и признать Координационный совет белорусской оппозиции в качестве легитимного органа, с которым необходимо вести переговоры. Макрон в таком случае мог бы выступить посредником между Лукашенко и советом, пояснила она.

Ранее в воскресенье Макрон заявил в интервью Le Journal du Dimanche, что Лукашенко должен покинуть свой пост, и назвал события в Белоруссии «кризисом авторитарной власти, которая не может принять логику демократии и цепляется силой».

Светлана Тихановская 17 сентября заявила, что оппозиция страны начала сбор данных силовиков, причастных к избиениям демонстрантов, для составления санкционного списка. Тем, кто попадет туда, она пообещала «справедливый суд и наказание». Тихановская также заявила о планах опубликовать его и передать Украине, Турции, России, странам Евросоюза и США. По ее словам, список будет назван именем Александра Тарайковского, который погиб в ходе протестов в Белоруссии.

23 сентября в Минске Лукашенко в шестой раз вступил в должность президента Белоруссии. Как сообщало агентство «БелТА», церемония инаугурации прошла во Дворце независимости. Дата и время инаугурации до последнего держались в тайне. Кадры с церемонии были показаны в эфире телеканала «Беларусь 24» позднее самой процедуры, иностранные послы не приглашались. По заявлению минюста Белоруссии, приглашение послов не является обязательным согласно законодательству, а сама инаугурация прошла в соответствии с законом.

Власти Германии, Латвии, Литвы, Словакии, Эстонии и ряда других стран не признали Лукашенко легитимным президентом. Также его легитимность не признали США и Украина. Верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Жозеф Боррель заявил, что ЕС не признает результаты президентских выборов в Белоруссии, поэтому инаугурация Лукашенко нелегитимна.

Что такое экономические санкции? | Совет по международным отношениям

Правительства и многонациональные органы вводят экономические санкции, чтобы попытаться изменить стратегические решения государственных и негосударственных субъектов, которые угрожают их интересам или нарушают международные нормы поведения. Критики говорят, что санкции часто плохо продуманы и редко позволяют изменить поведение объекта, в то время как сторонники утверждают, что в последние годы они стали более эффективными и остаются важным инструментом внешней политики.Санкции были определяющей чертой ответа Запада на несколько геополитических вызовов, включая ядерную программу Северной Кореи и вмешательство России в Украине. В последние годы Соединенные Штаты расширили использование санкций, применяя их и усиливая против противников в Иране, России, Сирии и Венесуэле.

Что такое экономические санкции?

Подробнее от наших экспертов

Экономические санкции определяются как отказ от обычных торговых и финансовых отношений в целях внешней политики и политики безопасности.Санкции могут быть всеобъемлющими, запрещающими коммерческую деятельность в отношении всей страны, как, например, давнее эмбарго США против Кубы, или могут быть целевыми, блокируя транзакции между отдельными предприятиями, группами или отдельными лицами.

Подробнее на:

Санкции

Экономика

Иран

Россия

Северная Корея

После 11 сентября произошел явный сдвиг в сторону адресных или так называемых «умных» санкций, направленных на минимизацию страданий ни в чем не повинных гражданских лиц.Санкции принимают самые разные формы, включая запреты на поездки, замораживание активов, эмбарго на поставки оружия, ограничение капитала, сокращение иностранной помощи и торговые ограничения. (Общие меры экспортного контроля [PDF], которые не являются карательными, часто исключаются из обсуждения санкций.)

Когда применяются санкции?

Ежедневная сводка новостей

Сводка мировых новостей с анализом CFR доставляется на ваш почтовый ящик каждое утро.
Большинство рабочих дней.

Национальные правительства и международные организации, такие как Организация Объединенных Наций и Европейский Союз, ввели экономические санкции, чтобы принуждать, сдерживать, наказывать или стыдить организации, которые ставят под угрозу их интересы или нарушают международные нормы поведения. Санкции использовались для достижения ряда внешнеполитических целей, включая борьбу с терроризмом, борьбу с наркотиками, нераспространение, продвижение демократии и прав человека, разрешение конфликтов и кибербезопасность.

Санкции, хотя и являются формой вмешательства, обычно рассматриваются как менее затратный и менее рискованный курс действий между дипломатией и войной. Политики могут рассматривать санкции как ответ на внешние кризисы, в которых национальные интересы менее чем жизненно важны или когда военные действия невозможны. Лидеры иногда вводили санкции, в то время как они оценивали более карательные меры. Например, Совет Безопасности ООН ввел всеобъемлющие санкции против Ирака всего через четыре дня после вторжения Саддама Хусейна в Кувейт в августе 1990 года.Совет Безопасности санкционировал применение военной силы лишь несколько месяцев спустя.

Подробнее от наших экспертов

Facebook Твиттер LinkedIn Электронное письмо Поделиться Поделиться

Что такое санкционный процесс в ООН?

В качестве основного органа ООН по урегулированию кризисов Совет Безопасности может реагировать на глобальные угрозы, разрывая экономические связи с государственными и негосударственными группами.Резолюции о санкциях должны приниматься советом из пятнадцати членов большинством голосов и без вето со стороны любого из пяти постоянных членов: США, Китая, Франции, России и Великобритании. Наиболее распространенными видами санкций ООН, которые являются обязательными для всех государств-членов, являются замораживание активов, запреты на поездки и эмбарго на поставки оружия.

Режимы санкций ООН обычно управляются специальным комитетом и группой мониторинга. Глобальное полицейское агентство Интерпол помогает некоторым комитетам по санкциям, особенно тем, которые касаются Аль-Каиды и Талибана, но ООН не имеет независимых средств принуждения и полагается на государства-члены, многие из которых имеют ограниченные ресурсы и слабые политические стимулы для судебного преследования за несоблюдение.Неофициальные данные свидетельствуют о том, что применение санкций ООН часто бывает слабым.

Подробнее на:

Санкции

Экономика

Иран

Россия

Северная Корея

До 1990 г. Совет вводил санкции только против двух штатов: Южной Родезии (1966 г.) и Южной Африки (1977 г.). Однако с момента окончания холодной войны этот орган более двадцати раз применял санкции, чаще всего против сторон внутригосударственного конфликта, как в Сомали, Либерии и Югославии в 1990-х годах.Но, несмотря на это сотрудничество, санкции часто вызывают разногласия, отражая конкурирующие интересы мировых держав. Например, с 2011 года Россия и Китай наложили вето на несколько резолюций Совета Безопасности, касающихся конфликта в Сирии, некоторые из которых могли привести к санкциям против режима президента Башара Асада.

Что такое санкционный процесс в ЕС?

Европейский Союз вводит санкции (более известные в блоке из двадцати восьми членов как ограничительные меры [PDF]) как часть своей Общей внешней политики и политики безопасности.Поскольку у ЕС нет совместных вооруженных сил, многие европейские лидеры считают санкции самым мощным инструментом внешней политики блока. Политика санкций должна получить единодушное согласие государств-членов в Совете Европейского Союза, органе, который представляет лидеров ЕС.

С момента своего создания в 1992 году ЕС вводил санкции более тридцати раз (в дополнение к санкциям, санкционированным ООН). Аналитики говорят, что всеобъемлющие санкции, введенные блоком против Ирана в 2012 году — которые он позже снял в 2015 году в рамках ядерного соглашения, — стали поворотным моментом для ЕС, который ранее стремился ограничить санкции конкретными лицами или компаниями.

Отдельные государства ЕС могут также вводить более жесткие санкции независимо в пределах своей национальной юрисдикции.

Что такое санкционный процесс в США?

Соединенные Штаты применяют экономические и финансовые санкции чаще, чем любая другая страна. Политика санкций может исходить как от исполнительной, так и от законодательной власти. Президенты обычно запускают процесс, издав указ, объявляющий чрезвычайное положение в стране в ответ на «необычную и чрезвычайную» внешнюю угрозу, например, «распространение ядерного, биологического и химического оружия» (EO 12938 [PDF ]) или «действия и политика Правительства Российской Федерации в отношении Украины» (EO 13661 [PDF]).Это дает президенту особые полномочия (в соответствии с Законом о международных чрезвычайных экономических полномочиях [PDF]) по регулированию торговли в отношении этой угрозы в течение одного года, если они не продлены президентом или не прекращены совместной резолюцией Конгресса. (Исполнительные приказы также могут изменять санкции.)

Примечательно, что большинство из более чем пятидесяти чрезвычайных положений, объявленных после того, как Конгресс ограничил их продолжительность [PDF] в 1976 году, остаются в силе и сегодня, включая первое, введенное президентом Джимми Картером в 1979 году в отношении Ирана.

Конгресс, со своей стороны, может принять закон, вводящий новые санкции или изменяющий существующие, что он делал во многих случаях. В случаях, когда существует несколько юридических органов, как, например, на Кубе и в Иране, для изменения или отмены ограничений могут потребоваться действия Конгресса и исполнительной власти. Иногда две ветви конфликтуют из-за политики санкций. Например, в июле 2017 года Конгресс принял, а президент Дональд Трамп неохотно подписал закон о введении новых санкций в отношении России за вмешательство в деятельность предыдущего Союза.С. Президентские выборы. Законопроект, который спорно размещены ограничения на способности Трампа отменить санкции России, прошел с правом вето доказательства большинства голосов.

Более двух десятков существующих санкционных программ США администрируются Управлением по контролю за иностранными активами Министерства финансов (OFAC), в то время как другие департаменты, в том числе Государственный департамент, Торговля, Национальная безопасность и Юстиция, также могут играть важную роль. Например, государственный секретарь может обозначить группу как иностранную террористическую организацию или обозначить страну как государство-спонсор терроризма, и то и другое влечет за собой санкционные последствия.(Запреты на поездки также обрабатываются Государственным департаментом.) Государственные и местные власти, особенно в Нью-Йорке, также могут способствовать усилиям по обеспечению соблюдения.

В 2019 году в США действовали комплексные режимы санкций против Кубы, Северной Кореи, Ирана, Судана и Сирии, а также более десятка других программ, нацеленных на физических и юридических лиц, имеющих отношение к определенным политическим кризисам или определенным типам предполагаемого преступного поведения. например, торговля наркотиками. OFAC регулярно добавляет (и удаляет) записи в свой черный список о более чем шести тысячах физических лиц, предприятий и групп (вместе известных как специально назначенные граждане или SDN).Активы перечисленных лиц заблокированы, и лицам из США, в том числе американским предприятиям и их зарубежным филиалам, запрещено совершать с ними операции. При президенте Трампе OFAC назначило несколько высокопоставленных лиц и политически связанных компаний из Кубы, Мьянмы, Никарагуа и Венесуэлы. Агентство также недавно привлекло внимание к удалению некоторых компаний, контролируемых российскими олигархами, из списка SDN.

Facebook Твиттер LinkedIn Электронное письмо Поделиться Поделиться

Как теракты 11 сентября изменили политику санкций?

Вместе со своими союзниками U.Правительство С. предприняло полномасштабные усилия по разрушению финансовой инфраструктуры, поддерживающей террористов и международных преступников. Эта кампания была сосредоточена на воротах глобальной финансовой системы — международных банках — и опиралась на несколько новых полномочий, предоставленных агентам США в первые дни после атак.

23 сентября президент Джордж Буш подписал EO 13224 [PDF], который предоставил чиновникам министерства финансов широкие полномочия по замораживанию активов и финансовых операций физических и других лиц, подозреваемых в поддержке терроризма.Спустя несколько недель Буш предоставил Министерству финансов широкие полномочия (в соответствии с разделом 311 Патриотического акта США) определять иностранные юрисдикции и финансовые учреждения в качестве «основных проблем отмывания денег». (Примечательно, что Казначейству необходимо только обоснованное подозрение — не обязательно какие-либо доказательства — для преследования организаций в соответствии с этими законами.)

Эксперты говорят, что эти меры коренным образом изменили среду финансового регулирования, значительно повысив риски для банков и других учреждений, которые даже неосознанно занимаются подозрительной деятельностью.Центральная роль Нью-Йорка и доллара в мировой финансовой системе означает, что эта политика США ощущается во всем мире.

Наказания за нарушение санкций могут быть огромными в виде штрафов, потери бизнеса и репутационного ущерба. В последние годы федеральные власти и власти штатов проявляли особую строгость в привлечении к ответственности банков, урегулировав не менее пятнадцати дел о наложении штрафов на сумму более 100 миллионов долларов с 2009 года. Крупнейший кредитор Франции BNP Paribas в 2014 году признал себя виновным в обработке миллиардов долларов за занесены в черный список кубинских, иранских и суданских организаций.Банк был оштрафован почти на 9 миллиардов долларов — безусловно, самый крупный такой штраф в истории — и потерял право конвертировать иностранную валюту в доллары для определенных типов транзакций в течение одного года.

Facebook Твиттер LinkedIn Электронное письмо Поделиться Поделиться

Точно так же зараженные U.Обозначение S. для отмывания денег может понести огромные убытки. В сентябре 2005 года чиновники казначейства назвали Banco Delta Asia (BDA) основной проблемой отмывания денег, утверждая, что находящийся в Макао банк был «добровольной закладной для правительства Северной Кореи». В течение недели клиенты сняли 133 миллиона долларов, или 34 процента депозитов BDA. Финансовый шок прокатился по всему миру, вынудив другие международные банки разорвать связи с Пхеньяном.

«Этот новый подход работал, уделяя особое внимание поведению финансовых институтов, а не классическим рамкам санкций прошлого», — писал Хуан Зарате, высокопоставленный чиновник администрации Буша, участвовавший в антитеррористических усилиях, в своей книге Treasury’s War (2013 ).«В этом новом подходе политические решения правительства не так убедительны, как расчет финансовых институтов на основе оценки рисков».

Что такое экстерриториальные санкции?

Традиционно санкции запрещают только корпорациям и гражданам страны или региона вести дела с организацией, внесенной в черный список (в отличие от санкций ООН, которые носят глобальный характер). Однако экстерриториальные санкции (иногда называемые вторичными санкциями или вторичным бойкотом) предназначены для ограничения экономической деятельности правительств, предприятий и граждан третьих стран.В результате многие правительства считают эти санкции нарушением своего суверенитета и международного права.

В последние годы масштабы санкций США продолжали вызывать гнев некоторых ближайших союзников. Руководство Франции раскритиковало преследование BNP Paribas со стороны США как «несправедливое» и указало, что это будет иметь «негативные последствия» для двусторонних отношений, а также отношений между США и ЕС. «Экстерриториальность американских стандартов, связанная с использованием доллара, должна побудить Европу мобилизоваться для продвижения использования евро в качестве валюты для международной торговли», — сказал министр финансов Франции Мишель Сапен.

Такое разочарование достигло пика после того, как Соединенные Штаты вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий 2015 года и пообещали восстановить экстерриториальные санкции в отношении европейских фирм, которые вели дела с Ираном. В ответ ЕС объявил о создании «механизма специального назначения», который теоретически позволит европейским компаниям торговать с иранскими партнерами и обходить режим санкций США. Однако большинство рассматривают обходной путь, известный как Instex, просто дипломатическим жестом.

Санкции работают?

Многие ученые и практики говорят, что санкции, особенно целенаправленные, могут быть хотя бы частично успешными и должны оставаться в наборе инструментов лиц, определяющих внешнюю политику. При оценке санкций следует учитывать следующее:

  • Динамика каждого исторического случая сильно различается . Санкции, эффективные в одних условиях, могут потерпеть неудачу в других, в зависимости от множества факторов. Программы санкций с относительно ограниченными целями обычно имеют больше шансов на успех, чем программы с большими политическими амбициями.Более того, санкции могут дать желаемый экономический эффект, но не изменить поведения. Санкции ООН в отношении Афганистана в 2000 и 2001 годах повлекли за собой тяжелые потери, но не заставили режим талибов сдать Усаму бен Ладена.
  • Санкции часто меняются со временем . Классической иллюстрацией этого является режим США в отношении Ирана. За исключением короткого периода в 1980-х, Вашингтон ввел санкции в отношении Тегерана с тех пор, как США были взяты в заложники в 1979 году. Однако масштабы этих мер и их логика резко изменились.
  • Можно определить только корреляции, а не причинно-следственные связи . Например, многие считают, что санкции ООН, введенные против Либерии в 2003 году, способствовали краху режима Чарльза Тейлора, но любое количество внутренних и международных факторов могло сыграть более решающую роль.
  • Важна сравнительная полезность санкций, а не просто то, достигли ли они своей цели . Санкции США и ЕС против России, возможно, не положили конец кризису на Украине, но другие варианты действий, включая бездействие, могли оказаться хуже (и стоили дороже).В некоторых случаях санкции могут быть просто выражением осуждения.

Между тем эксперты приводят несколько передовых практик при разработке санкционной политики:

  • Развивайте всесторонний подход . Эффективная стратегия часто связывает карательные меры, такие как санкции и угроза военных действий, с положительными стимулами, такими как финансовая помощь. Некоторые аналитики указывают на стратегию Ливии, принятую Соединенными Штатами и их союзниками в конце 1990-х — начале 2000-х годов, как на хороший пример.
  • Ставить достижимые цели . Санкции, нацеленные на смену режима или не дающие целевому правительству возможности для правовой защиты, кроме того, что, по его мнению, было бы политическим самоубийством, скорее всего, потерпят неудачу. Многие эксперты ссылаются на эмбарго США на режим Кастро как на предостережение.
  • Построить многостороннюю опору . Чем больше правительств подпишутся (и приведут в исполнение) санкции, тем лучше, особенно в тех случаях, когда цель является экономически диверсифицированной. Санкции против режима апартеида в Южной Африке в 1980-х, Ирака Саддама Хусейна в 1990-х или против Ирана и России сегодня не были бы столь же мощными без многосторонней поддержки.
  • Будьте надежными и гибкими . Цель должна верить, что санкции будут увеличены или уменьшены в зависимости от ее поведения. В 2012 году администрация Обамы отреагировала на крупные политические реформы в Мьянме, ослабив некоторые финансовые и инвестиционные ограничения. Он завершил программу санкций в 2016 году. Однако в этом случае лидеры Мьянмы вскоре активизировали злоупотребления в отношении меньшинства рохинджа в своей стране, и Соединенные Штаты возобновили санкции в начале 2019 года.

Забегая вперед, некоторые эксперты предупреждают, что санкции следует пересмотреть как палка о двух концах, которая может помочь Соединенным Штатам достичь целей политики в краткосрочной перспективе, но при неосторожном использовании может поставить под угрозу финансовый рычаг в долгосрочной перспективе.Бывший министр финансов Джейкоб Дж. Лью и бывший чиновник госдепартамента Ричард Племянник пишут, что «сегодня страна в значительной степени добивается своего, потому что нет альтернативы доллару и нет экспортного рынка, столь же привлекательного, как Соединенные Штаты. Но если Вашингтон продолжит принуждать другие страны придерживаться политики, которую они считают незаконной и неразумной, в течение следующих 20–30 лет они, вероятно, отойдут от экономики и финансовой системы Соединенных Штатов ».

Эндрю Чацки внес свой вклад в этот отчет.

Как работают экономические санкции

Санкция — это штраф, налагаемый на другую страну или на отдельных граждан другой страны. Это инструмент внешней политики и экономического давления, который можно охарактеризовать как своего рода кнута и пряника в отношениях с международной торговлей и политикой.

В распоряжении страны есть несколько различных типов санкций. Хотя некоторые из них используются более широко, чем другие, общая цель каждого — заставить изменить поведение.

Санкции могут принимать разные формы

Санкция может быть применена несколькими способами. К ним относятся:

  • Тарифы — налоги на товары, ввозимые из другой страны.
  • Квоты — ограничение на количество товаров, которые можно импортировать из другой страны или отправить в эту страну.
  • Эмбарго — ограничение на торговлю, запрещающее одной стране торговать с другой. Например, правительство может помешать своим гражданам или предприятиям предоставлять товары или услуги другой стране.
  • Нетарифные барьеры (НТБ) — это нетарифные ограничения на импортируемые товары, которые могут включать требования лицензирования и упаковки, стандарты на продукцию и другие требования, которые не являются налогом.
  • Замораживание или арест активов — Предотвращение продажи или перемещения активов, принадлежащих стране или частному лицу.

Виды санкций

Санкции подразделяются на несколько категорий. Один из способов их описания — количество сторон, применяющих санкции.«Односторонняя» санкция означает, что санкция вводится одной страной, а «многосторонняя» санкция означает, что группа или блок стран поддерживают ее использование. Поскольку многосторонние санкции вводятся группами стран, их можно считать менее рискованными, поскольку ни одна страна не находится на линии результатов санкций. Односторонние санкции более рискованны, но могут быть очень эффективными, если их вводит экономически сильная страна.

Еще один способ классификации санкций — это виды торговли, которые они ограничивают.Экспортные санкции блокируют ввоз товаров в страну, в то время как импортные санкции блокируют вывоз товаров из страны. Эти два варианта не равны и приведут к разным экономическим последствиям. Блокирование ввоза товаров и услуг в страну (экспортная санкция) обычно оказывает более легкое воздействие, чем блокирование товаров или услуг из этой страны (импортная санкция). Экспортные санкции могут создать стимул для замены заблокированных товаров чем-то другим. Случай, в котором может сработать экспортная санкция, — это блокирование проникновения чувствительных технологических ноу-хау в страну-цель (например, современное оружие).Целевой стране сложнее создать такой товар своими силами.

Блокирование экспорта страны с помощью санкций в отношении импорта увеличивает вероятность того, что страна-цель будет испытывать значительное экономическое бремя. Например, 31 июля 2013 года США приняли законопроект HR 850, который фактически запрещал Ирану продавать любую нефть за границу из-за его ядерной программы. Этот закон последовал за годом, когда экспорт нефти Ирана уже был сокращен вдвое. международными санкциями.Если страны не импортируют продукцию целевой страны, целевая экономика может столкнуться с крахом отрасли и безработицей, что может оказать значительное политическое давление на правительство.

Целевые санкции

Хотя цель санкций состоит в том, чтобы заставить страну изменить свое поведение, существует много различий в том, как санкции устанавливаются и на кого они направлены. Санкции могут быть нацелены на страну в целом, как в случае эмбарго на экспорт страны (например,грамм. Санкции США против Кубы). Они могут быть нацелены на конкретные отрасли промышленности, например эмбарго на продажу оружия и нефти. С 1979 года США и Европейский союз запретили импорт или экспорт товаров и услуг в Иран.

Санкции также могут быть нацелены на отдельных лиц, таких как политические деятели или руководители бизнеса, такие как вышеупомянутый ЕС. и санкции США в отношении союзников Путина в марте 2014 года. Введение санкций такого типа призвано вызвать финансовые трудности для небольшой группы лиц, а не повлиять на население страны.Этот тип стратегии санкций, скорее всего, будет использоваться, когда политическая и экономическая власть сосредоточена в руках относительно небольшой группы лиц, имеющих международные финансовые интересы.

Альтернатива военной угрозе

Хотя страны веками использовали санкции для принуждения или влияния на торговую политику других, торговая политика редко бывает единственной стратегией, применяемой во внешней политике. Он может сопровождаться как дипломатическими, так и военными действиями.Однако санкции могут быть более привлекательным инструментом, поскольку они накладывают экономические издержки на действия страны, а не военные. Военные конфликты дороги, ресурсоемки, уносят жизни и могут вызвать гнев других стран из-за человеческих страданий, вызванных насилием.

Кроме того, для страны нереально реагировать на каждую политическую проблему с помощью военной силы: армии часто недостаточно велики. Кроме того, некоторые проблемы просто не подходят для вооруженного вмешательства.Санкции обычно применяются, когда дипломатические усилия терпят неудачу.

Когда применять санкции

Санкции могут быть введены по нескольким причинам, например, в качестве ответных мер в отношении экономической деятельности другой страны. Например, страна-производитель стали может применить санкции, если другая страна попытается защитить зарождающуюся сталелитейную промышленность, установив квоту на импорт иностранной стали. Санкции также могут использоваться как более мягкий инструмент, особенно как средство сдерживания нарушений прав человека (например,грамм. санкции США против Южной Африки эпохи апартеида). Организация Объединенных Наций может попустительствовать применению многосторонних санкций против страны, если она нарушает права человека или нарушает резолюции, касающиеся ядерного оружия.

Иногда угрозы санкций достаточно, чтобы изменить политику страны-мишени. Угроза подразумевает, что страна, издающая угрозу, готова пережить экономические трудности, чтобы наказать целевую страну, если не произойдет изменений. Цена угрозы меньше, чем военная интервенция, но она по-прежнему имеет экономический вес.Например, в 2013 году президент Зимбабве Роберт Мугабе и его ближайшее окружение подверглись санкциям со стороны США из-за предполагаемых нарушений прав.

Иногда страна может рассмотреть возможность применения санкции по внутренним причинам, а не по международным. Иногда в игру вступает национализм, и правительство одной страны может использовать санкции как способ продемонстрировать решимость или отвлечь внимание от внутренних проблем. Из-за этой проблемы международные организации, такие как Всемирная торговая организация (ВТО), стремятся ослабить давление и создают комиссии для объективного рассмотрения споров между странами.Это особенно полезно для предотвращения более серьезных проблем в будущем, потому что санкции могут привести к экономически разрушительным торговым войнам, которые могут перекинуться на страны, не участвующие в первоначальном споре.

Масштабы экономических страданий, вызванных санкциями, часто не сразу известны. Исследования показали, что серьезность экономического воздействия на страну-объект санкции возрастает по мере повышения уровня международного сотрудничества и координации в ее создании. Это также будет более выраженным, если страны, на которые распространяется санкция, ранее имели тесные отношения, поскольку торговля Связи с большей вероятностью будут значительными, если между странами будет взаимопонимание.

Последствия санкции

Непосредственным воздействием санкции на импорт для целевой страны является то, что экспортные товары страны не закупаются за рубежом. В зависимости от экономической зависимости целевой страны от экспортируемых товаров или услуг это может иметь разрушительный эффект. Санкция может вызвать политическую и экономическую нестабильность, которая приводит к более тоталитарному режиму, или может создать несостоявшееся государство из-за вакуума власти. Страдания страны-мишени в конечном итоге несут ее граждане, которые во время кризиса могут укрепить правящий режим, а не свергнуть его.Пострадавшая страна может стать питательной средой для экстремизма, что является сценарием, с которым страна-инициатор, вероятно, предпочла бы не иметь дела.

Санкции могут иметь непредвиденные последствия. Например, Организация арабских стран-экспортеров нефти (ОАПЕК) ввела эмбарго на поставки нефти в Соединенные Штаты в 1973 году в качестве наказания за повторные поставки Израилю оружия. ОАПЕК использовало эмбарго в качестве инструмента внешней политики, но последствия распространились и усугубили обвал мирового фондового рынка 1973-74 годов.Приток капитала в результате повышения цен на нефть привел к гонке вооружений в странах Ближнего Востока — дестабилизирующей проблеме — и не привел к изменению политики, предусмотренному ОАПЕК. Кроме того, многие страны, на которые наложено эмбарго, сократили потребление нефти и потребовали более эффективного использования нефтепродуктов, что еще больше снизило спрос.

Санкции могут увеличить затраты потребителей и предприятий в странах, которые их вводят, поскольку целевая страна не может покупать товары, что приводит к экономическим потерям из-за безработицы, а также к производственным потерям.Кроме того, страна-эмитент сократит выбор товаров и услуг, имеющихся у отечественных потребителей, и может увеличить расходы на ведение бизнеса для компаний, которые должны искать поставки в других местах. Если санкция применяется в одностороннем порядке, целевая страна может использовать стороннюю страну, чтобы обойти эффект заблокированного импорта или экспорта.

Пример украинско-российских санкций

Например, аннексия Крыма Россией в марте 2014 года продолжает оставаться подарком, который продолжает давать, вводить санкции и контрсанкции, которые, похоже, только усиливаются.В сентябре 2015 года премьер-министр Украины Арсений Яценюк объявил, что его страна запретит российским самолетам летать с территории Украины. Запрет должен был вступить в силу 25 октября 2015 года. Всего через несколько дней после заявления Украины Министерство транспорта России в ответ пригрозило ввести ответный запрет против Украины, сообщает ТАСС, официальное государственное информационное агентство России.

И это всего лишь последняя вариация на знакомую тему. Эти объявленные запреты на воздушные перевозки были приняты более чем через год после того, как Соединенные Штаты и Европейский союз заморозили американские и европейские активы членов «ближайшего окружения» Владимира Путина, в которое входят политики, руководители бизнеса и один банк, в марте 2014 года.В то время Россия ответила своими собственными санкциями, включая индивидуальные санкции против нескольких американских политиков, в том числе спикера Палаты представителей Джона Бонера, лидера большинства в Сенате Гарри Рида и сенатора от Аризоны Джона Маккейна. Влияние российских санкций на американских политиков было казалось бы, ограниченным, и к нему относились с юмором: Джон Маккейн невозмутимо заявил в твите от 20 марта: «Думаю, это означает, что мои весенние каникулы в Сибири закончились, акции Газпрома потеряны, а секретный банковский счет в Москве заморожен.»

Хотя не все русские, подвергшиеся нападению, имели иностранные активы, они испытывали финансовые затруднения. Они не могли проводить транзакции в долларах; банки менее охотно помогали им из-за страха рассердить западные правительства, а американские компании не могли с ними работать. Однако в долгосрочной перспективе эти санкции, вероятно, будут иметь меньшее влияние, чем более широкие санкции, на экспорт российских энергоносителей в Европу. Примерно 53% российского экспорта газа идет в ЕС на сумму около 24 миллиардов долларов в год.Взаимодействие с другими людьми

Итог

Успех санкций зависит от количества вовлеченных сторон. Многосторонние санкции более эффективны, чем односторонние, но в целом вероятность успеха довольно низка. Во многих случаях санкции наносили экономический ущерб без изменения политики страны-объекта воздействия. Санкции в конечном итоге являются грубым инструментом внешней политики, потому что их применение редко бывает достаточно точным, чтобы затронуть только целевую экономику, и потому, что они предполагают, что экономический ущерб приведет к тому политическому давлению, которое принесет пользу стране-подстрекателю.

Страница не найдена

  • Образование
    • Общий

      • Словарь
      • Экономика
      • Корпоративные финансы
      • Рот ИРА
      • Акции
      • Паевые инвестиционные фонды
      • ETFs
      • 401 (к)
    • Инвестирование / Торговля

      • Основы инвестирования
      • Фундаментальный анализ
      • Управление портфелем
      • Основы трейдинга
      • Технический анализ
      • Управление рисками
  • Рынки
    • Новости

      • Новости компании
      • Новости рынков
      • Торговые новости
      • Политические новости
      • Тенденции
    • Популярные акции

      • Яблоко (AAPL)
      • Тесла (TSLA)
      • Amazon (AMZN)
      • AMD (AMD)
      • Facebook (FB)
      • Netflix (NFLX)
  • Симулятор
    • Симулятор

      • Завести аккаунт
      • Присоединяйтесь к игре
    • Мой симулятор

      • Моя игра
      • Создать игру
  • Твои деньги
    • Личные финансы

      • Управление благосостоянием
      • Бюджетирование / экономия
      • Банковское дело
      • Кредитные карты
      • Домовладение
      • Пенсионное планирование
      • Налоги
      • Страхование
    • Обзоры и рейтинги

      • Лучшие онлайн-брокеры
      • Лучшие сберегательные счета
      • Лучшие домашние гарантии
      • Лучшие кредитные карты
      • Лучшие личные займы
      • Лучшие студенческие ссуды
      • Лучшее страхование жизни
      • Лучшее автострахование
  • Советники
    • Ваша практика

      • Управление практикой
      • Продолжая образование
      • Карьера финансового консультанта
      • Инвестопедия 100
    • Управление благосостоянием

      • Портфолио Строительство
      • Финансовое планирование
  • Академия
    • Популярные курсы

      • Инвестирование для начинающих
      • Станьте дневным трейдером
      • Торговля для начинающих
      • Технический анализ
    • Курсы по темам

      • Все курсы
      • Курсы трейдинга
      • Курсы инвестирования
      • Финансовые профессиональные курсы

Представлять на рассмотрение

Извините, страница, которую вы ищете, недоступна.Вы можете найти то, что ищете, используя наше меню или параметры поиска.

дома
  • О нас
  • Условия эксплуатации
  • Словарь
  • Редакционная политика
  • Рекламировать
  • Новости
  • Политика конфиденциальности
  • Связаться с нами
  • Карьера
  • Уведомление о конфиденциальности Калифорнии
  • #
  • А
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • грамм
  • ЧАС
  • я
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • О
  • п
  • Q
  • р
  • S
  • Т
  • U
  • V
  • W
  • Икс
  • Y
  • Z
Investopedia является частью издательской семьи Dotdash.

Страница не найдена

  • Образование
    • Общий

      • Словарь
      • Экономика
      • Корпоративные финансы
      • Рот ИРА
      • Акции
      • Паевые инвестиционные фонды
      • ETFs
      • 401 (к)
    • Инвестирование / Торговля

      • Основы инвестирования
      • Фундаментальный анализ
      • Управление портфелем
      • Основы трейдинга
      • Технический анализ
      • Управление рисками
  • Рынки
    • Новости

      • Новости компании
      • Новости рынков
      • Торговые новости
      • Политические новости
      • Тенденции
    • Популярные акции

      • Яблоко (AAPL)
      • Тесла (TSLA)
      • Amazon (AMZN)
      • AMD (AMD)
      • Facebook (FB)
      • Netflix (NFLX)
  • Симулятор
    • Симулятор

      • Завести аккаунт
      • Присоединяйтесь к игре
    • Мой симулятор

      • Моя игра
      • Создать игру
  • Твои деньги
    • Личные финансы

      • Управление благосостоянием
      • Бюджетирование / экономия
      • Банковское дело
      • Кредитные карты
      • Домовладение
      • Пенсионное планирование
      • Налоги
      • Страхование
    • Обзоры и рейтинги

      • Лучшие онлайн-брокеры
      • Лучшие сберегательные счета
      • Лучшие домашние гарантии
      • Лучшие кредитные карты
      • Лучшие личные займы
      • Лучшие студенческие ссуды
      • Лучшее страхование жизни
      • Лучшее автострахование
  • Советники
    • Ваша практика

      • Управление практикой
      • Продолжая образование
      • Карьера финансового консультанта
      • Инвестопедия 100
    • Управление благосостоянием

      • Портфолио Строительство
      • Финансовое планирование
  • Академия
    • Популярные курсы

      • Инвестирование для начинающих
      • Станьте дневным трейдером
      • Торговля для начинающих
      • Технический анализ
    • Курсы по темам

      • Все курсы
      • Курсы трейдинга
      • Курсы инвестирования
      • Финансовые профессиональные курсы

Представлять на рассмотрение

Извините, страница, которую вы ищете, недоступна.Вы можете найти то, что ищете, используя наше меню или параметры поиска.

дома
  • О нас
  • Условия эксплуатации
  • Словарь
  • Редакционная политика
  • Рекламировать
  • Новости
  • Политика конфиденциальности
  • Связаться с нами
  • Карьера
  • Уведомление о конфиденциальности Калифорнии
  • #
  • А
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • грамм
  • ЧАС
  • я
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • О
  • п
  • Q
  • р
  • S
  • Т
  • U
  • V
  • W
  • Икс
  • Y
  • Z
Investopedia является частью издательской семьи Dotdash.

Экономические санкции

Я хочу начать с благодарности членов этой Комиссии за возможность свидетельствовать по этому важному вопросу. Более того, я хочу похвалить их за то, что они посвятили время и энергию рассмотрению того, что становится все более распространенным, но редко исследуемым инструментом американской внешней политики.

Роль экономических санкций трудно переоценить. Соединенные Штаты сейчас поддерживают экономические санкции буквально против десятков стран.Однако важна не только частота применения экономических санкций, но и их важность. Санкции все чаще определяют или доминируют в ряде важных отношений и политик.

Санкции, лучше всего определяемые как введение штрафов, направленных против государства или другого субъекта с целью изменения его поведения, используются для широкого круга внешнеполитических целей и принимают множество форм. Но какой бы ни была цель или форма конкретной санкции, реальность такова, что экономические санкции вряд ли приведут к желаемым результатам, если цели велики или время ограничено.Санкции — даже когда они были всеобъемлющими и пользовались почти всеобщей международной поддержкой в ​​течение почти шести месяцев — не смогли заставить Саддама Хусейна уйти из Кувейта. В конце концов, потребовалось не что иное, как операция «Буря в пустыне». Санкции также не могли убедить Сербию и боснийских сербов отказаться от военной агрессии на несколько лет.

Тем не менее санкции могут иметь значение. При определенных обстоятельствах санкции могут достигать (или способствовать достижению) различных внешнеполитических целей, от скромных до довольно значительных.Санкции, введенные против Ирака после войны в Персидском заливе, усилили соблюдение Ираком резолюций, призывающих к ликвидации его оружия массового уничтожения. Такие санкции также уменьшили способность Ирака импортировать оружие и связанные с ним технологии любого вида. В бывшей Югославии санкции были одним из факторов, которые повлияли на решение Сербии принять Дейтонское соглашение.

Опыт Ирака и Югославии был в значительной степени многосторонним. Односторонние санкции редко бывают эффективными.В глобальной экономике односторонние санкции, как правило, требуют больших затрат для американских компаний, чем для объекта, который обычно может найти альтернативные источники поставок и финансирования.

Это не означает, что односторонние санкции никогда не действуют. Односторонние санкции наказали Гаити и продолжают наказывать Кубу. Санкции, предусмотренные поправкой Пресслера, нанесли ущерб Пакистану, который получал значительную военную и экономическую помощь США. Однако такие случаи являются исключением; как правило, односторонние санкции — это не что иное, как заявления или выражения оппозиции, за исключением тех случаев, когда связь между Соединенными Штатами и целью настолько обширна, что последняя не может приспособиться к американскому отключению.

Проблема в том, что заручиться международной поддержкой тех или иных санкций зачастую чрезвычайно сложно. Перспективы успешного привлечения других к работе, как правило, отражают ряд факторов, включая их коммерческие доли, политические предпочтения и наличие средств для компенсации упущенных доходов. Санкции, как правило, работают лучше всего, когда существует международный политический консенсус в отношении целесообразности применения санкций и страны, не являющиеся объектами санкций, которые должны нести экономические издержки в результате санкций, получают компенсацию.В большинстве случаев правительства других стран предпочитают отсутствие санкций или минимальные санкции. Другие страны склонны придавать большее значение коммерческому взаимодействию, чем Соединенные Штаты, и менее склонны отказываться от него добровольно. Кроме того, представление о том, что экономическое взаимодействие желательно, поскольку оно способствует более открытым политическим и экономическим системам, является аргументом, который обычно имеет больший резонанс в других столицах.

Такое мышление делает достижение желаемого, а именно многостороннюю поддержку санкций, менее осуществимым, чем обычно хотят Соединенные Штаты.Обычно требуется что-то действительно вопиющее — вторжение Саддама и оккупация им Кувейта, неопровержимая поддержка терроризма, например, в случае Локерби, — чтобы преодолеть эту антисанкционную предвзятость. И даже в случае с Ираком щедрая компенсация пострадавшим государствам, включая Египет и Турцию, была предпосылкой для того, чтобы это правительство и другие страны поддержали санкции.

Попытка заставить других присоединиться к усилиям по санкциям путем угроз или введения вторичных санкций против тех третьих сторон, не желающих наложить санкции на цель, — как это было сделано в случаях с Кубой, Ираном и Ливией — может нанести серьезный ущерб множеству U.С. внешнеполитические интересы. Такой подход оказал некоторое сдерживающее воздействие на готовность определенных лиц и фирм заниматься запрещенной коммерческой деятельностью, но за это пришлось заплатить значительную политическую цену. Это усилило антиамериканские настроения, стимулировало вызовы, которые могли поставить под угрозу будущее Всемирной торговой организации, отвлекло внимание от провокационного поведения правительств-мишеней и уменьшило вероятность того, что европейцы будут сотрудничать с нами в формировании политики, с которой нужно бороться. вызовы после холодной войны.

Односторонние санкции могут дорого обойтись американскому бизнесу. Существует тенденция игнорировать или недооценивать прямые затраты на санкции, возможно, потому, что затраты на вмешательство с санкциями (в отличие от затрат на военное вмешательство) не отображаются в таблицах государственного бюджета США. Однако санкции влияют на экономику, сокращая доходы компаний и частных лиц США. Более того, даже эту стоимость трудно измерить, потому что она должна отражать не просто упущенные продажи, но и упущенные возможности, возникающие из-за того, что правительства и зарубежные компании решили не вести дела с Соединенными Штатами из-за опасений, что могут быть введены санкции и тем самым прерваны поставки запасные части или иным образом затрудняют или запрещают нормальные коммерческие отношения.

Что же тогда нужно делать? Многосторонняя поддержка экономических санкций обычно должна являться предпосылкой для введения экономических санкций Соединенными Штатами. Такая поддержка не обязательно должна быть одновременной, но она должна быть почти гарантированной и, вероятно, последовать с небольшой задержкой. Следует избегать односторонних санкций, за исключением тех обстоятельств, когда Соединенные Штаты находятся в уникальной ситуации для получения рычагов воздействия на основе экономических отношений с целью. Реализация этого принципа потребует интенсивных, часто на высоком уровне дипломатических усилий, но даже в этом случае может не увенчаться успехом.Если это так, то задача политиков состоит в том, чтобы сравнить, чего можно добиться с помощью более слабых санкций, с какой-либо альтернативой.

Одним из инструментов, который может повысить степень соблюдения требований, является оказание помощи третьим сторонам с целью компенсации экономических затрат на введение санкций. Таким образом, договоренности о компенсации странам, чья поддержка санкций является центральной, могут иметь решающее значение. Так было с санкциями в отношении Ирака; возможно, что санкции против Гаити могли бы оказаться более сильными, если бы Доминиканская Республика была более склонной к сотрудничеству.Следует шире использовать статью 50 Устава ООН, которая устанавливает средства, с помощью которых третьи стороны, пострадавшие от санкций, направленных против другого государства, могут обращаться в Совет Безопасности за возмещением ущерба. Кроме того, Конгрессу следует рассмотреть возможность создания фонда для этой цели в рамках бюджета внешней помощи США.

Санкции должны быть в максимально возможной степени сосредоточены на лицах, ответственных за преступное поведение, или на наказании стран в той сфере, которая в первую очередь стимулировала санкции.Есть несколько причин для ответа, который фокусируется на нежелательном поведении: он помогает избежать угрозы другим интересам и всем двусторонним отношениям с объектом из-за одной области разногласий; он причиняет меньший побочный ущерб невиновным; и это делает менее трудным получение многонациональной поддержки. Недавно принятый закон, направленный на то, чтобы удержать неамериканские организации от участия в ракетной программе Ирана, является шагом в правильном направлении.

Санкции — это грубый инструмент, который часто приводит к непредвиденным и нежелательным последствиям.Гуманитарные исключения должны быть включены в состав любых всеобъемлющих санкций как по моральным причинам, так и потому, что разрешение цели ввозить продукты питания и медикаменты должно облегчить получение и поддержание внутренней и международной поддержки.

Все предусмотренные законодательством санкции должны предусматривать дискреционные полномочия президента в форме отказа от прав. Такое усмотрение позволило бы президенту приостановить или прекратить действие санкции, если он сочтет, что это отвечает интересам национальной безопасности.Реостат заменит выключатель в качестве оперативной метафоры. Такая гибкость и свобода действий необходимы, если отношения не должны стать заложниками одного интереса, и если исполнительная власть хочет иметь гибкость, необходимую для изучения того, может ли введение ограниченных стимулов привести к желаемому результату политики. Преимущества такой свободы перевешивают любое уменьшение сдерживающей силы, присущей автоматическим санкциям. Обширные санкции, предусмотренные поправкой Гленна и введенные против Индии и Пакистана после их ядерных испытаний в мае 1998 года, являются тому примером.Конгресс должен действовать быстро, чтобы предоставить президенту полномочия отказаться от этих санкций, если он определит, что таким образом он поможет стабилизировать Южную Азию или будет способствовать интересам национальной безопасности США в регионе и за его пределами. Действительно, такое право отказа — возможно, включая механизм, с помощью которого Конгресс может заблокировать отказ двумя третями голосов каждой палаты — должно стать компонентом любой санкции.

Политики должны подготовить и направить в Конгресс политическое заявление, мало чем отличающееся от отчетов, подготовленных и отправленных в соответствии с Законом о военных полномочиях, до или вскоре после введения санкции.Такие заявления о «воздействии» должны четко указывать на цель санкции; требуемый юридический и / или политический орган; ожидаемое воздействие на цель, включая возможные ответные меры; возможные гуманитарные последствия и что делается для их минимизации; ожидаемые расходы для США; перспективы применения санкции; степень международной поддержки или противодействия, которую можно ожидать; и стратегия выхода, т. е. критерии снятия санкции. Кроме того, директивные органы должны быть в состоянии объяснить, почему была выбрана конкретная санкция в отличие от других санкций или другой политики в целом.В случае необходимости, части этого отчета могут быть засекречены, если это необходимо во избежание предоставления информации, которая была бы полезна для цели. Любая санкция, инициированная Конгрессом, должна быть одобрена только после того, как слушания в соответствующих комитетах тщательно рассмотрели этот вопрос, что позволяет членам, которых просят проголосовать, ссылаться на отчет, сопровождающий предлагаемый закон, в котором рассматриваются те же вопросы. Аналогичные отчеты, измеряющие фактические затраты и выгоды от санкций, должны требоваться впоследствии на ежегодной основе.Конгрессу следует оказать давление на разведывательное сообщество, чтобы оно выделило дополнительные ресурсы на эту тему, чтобы политики получали больше информации, а также оценки, подчеркивающие как потенциальные, так и фактические последствия конкретных санкций.

Подобные отчеты привнесут столь необходимую строгость в процесс принятия решений о санкциях. Тем не менее, быстрого решения проблемы санкций нет. Желательно законодательство, предусматривающее более тщательную проверку санкций до и после их введения.Также помогли бы более активная исполнительная деятельность и осмотрительность. Администрацию Клинтона можно упрекнуть в том, что она не наложила вето на законы, требующие вторичных санкций, и в поспешном введении санкций, вызванных ядерными испытаниями Индии и Пакистана.

При этом задача выходит за рамки улучшения санкций, которые, как правило, делают их более узкими и менее односторонними. Более фундаментальный вопрос — это выбор наиболее подходящего инструмента внешней политики для решения конкретной проблемы.Санкции любого рода должны быть сопоставлены с вероятными издержками и выгодами военных действий, тайных программ, а также государственной и частной дипломатии.

Иногда лучше применить военную силу. Это был урок «Бури в пустыне» и Боснии — и, возможно, он еще может стать уроком для Косово. Куба также заслуживает внимания в этом контексте. Вместо того, чтобы ужесточить санкции (что увеличило страдания кубинского народа) и согласиться с введением Конгрессом вторичных санкций против У.Южные союзники, администрация Клинтона, возможно, поступила мудрее, запустив залп крылатых ракет, чтобы уничтожить МИГи, которые сбили невооруженный самолет, которым управляли кубинские эмигранты.

В других случаях сфокусированные санкции кажутся привлекательными. Более подходящим ответом на ядерные испытания Индии и Пакистана был бы экспортный контроль, призванный замедлить разработку и развертывание ракет и ядерных бомб. В случае с Гаити узкие санкции, нацеленные на незаконное руководство, не стали бы причиной массового бегства людей, которое вынудило администрацию предпринять вооруженное вмешательство, которое могло оказаться чрезвычайно дорогостоящим.Разногласия с Россией и Китаем по поводу их экспорта технологий и оружия лучше всего устранять с помощью узких санкций. При этом санкции не смогут нести полную нагрузку на политику нераспространения, и необходимо будет рассмотреть инструменты политики, начиная от превентивных атак на объекты государства-изгоя, более сильного МАГАТЭ и более надежной защиты. Однако основную альтернативу экономическим санкциям лучше всего описать как условное участие, то есть сочетание узких санкций и политических и экономических взаимодействий, которые ограничены и обусловлены конкретными изменениями в поведении.Пакет стимулов, привязанный к конкретным действиям, помог справиться с ядерными амбициями Северной Кореи. Такой подход «дорожной карты» также может оказаться эффективным в отношении Кубы и Ирана.

Эти примеры ясно показывают, что нет инструмента, который всегда был бы предпочтительнее санкций, равно как и сами санкции не предлагают универсального ответа. Но тенденция очевидна. Хотя будут такие случаи, когда санкции могут помочь, либо сами по себе, либо, что более вероятно, в сочетании с другими инструментами, недавняя история убедительно свидетельствует о том, что потенциал санкций по внесению вклада в американскую внешнюю политику будет скромным — и требовать от них большего, чем это обещает быть контрпродуктивным.

Слишком много плохого

Экономические санкции все чаще используются для достижения всего спектра целей американской внешней политики. Однако слишком часто санкции оказываются не более чем выражением предпочтений США, которые наносят ущерб американским экономическим интересам, не меняя поведения объекта к лучшему. Как правило, санкции должны быть менее односторонними и более сфокусированными на решаемой проблеме. Конгрессу и исполнительной власти необходимо ввести гораздо более строгий надзор за санкциями как до их принятия, так и регулярно после их принятия, чтобы гарантировать, что ожидаемые выгоды перевешивают вероятные затраты и что санкции дают больше, чем альтернативные инструменты внешней политики.

ОБЗОР ПОЛИТИКИ № 34

Широкое применение экономических санкций составляет один из парадоксов современной американской внешней политики. Санкции часто подвергаются критике, даже высмеиваются. В то же время экономические санкции быстро становятся предпочтительным политическим инструментом США в мире после окончания холодной войны. Соединенные Штаты сейчас сохраняют экономические санкции против десятков стран; действительно, санкции настолько популярны, что их вводят многие штаты и муниципалитеты.Более того, критично не только частота применения экономических санкций, но и их растущее значение для внешней политики США.

Санкции, определяемые как в основном экономические, но также политические и военные наказания, вводимые для изменения политического и / или военного поведения, используются Соединенными Штатами для предотвращения распространения оружия массового уничтожения и баллистических ракет, защиты прав человека, прекращения терроризма, предотвращения незаконный оборот наркотиков, сдерживание вооруженной агрессии, содействие доступу на рынки, защита окружающей среды и замена правительств.

Для достижения целей внешней политики санкции принимают форму эмбарго на поставки оружия, сокращения и сокращения иностранной помощи, ограничений на экспорт и импорт, замораживания активов, повышения тарифов, отмены торгового статуса режима наибольшего благоприятствования (НБН), голосов против в международных финансовых кругах. учреждения, прекращение дипломатических отношений, отказ в выдаче визы, отмена воздушного сообщения и запреты на кредит, финансирование и инвестиции.

Чем объясняется такая популярность? Санкции могут предложить то, что кажется соразмерным ответом на вызов, в котором поставленные на карту интересы менее чем жизненно важны.Кроме того, санкции — это способ выразить официальное недовольство определенным поведением. Они могут служить цели усиления приверженности нормам поведения, таким как уважение прав человека или противодействие распространению. Нежелание Америки использовать военную силу — еще одна мотивация. Санкции представляют собой видимую и менее дорогостоящую альтернативу военному вмешательству и бездействию. Еще одно объяснение — более широкий охват СМИ. Эффект CNN может повысить видимость проблем в другой стране и стимулировать желание американцев ответить.Рост числа сторонников единой проблемы в американской политике также является фактором. Небольшие организованные целевые группы — часто действующие через Конгресс — могут оказывать влияние, выходящее далеко за рамки их реальной силы, особенно когда не существует равноценных противодействующих сил.

Запись

Из недавнего использования Америкой экономических санкций в целях внешней политики можно сделать ряд выводов:

  • Сами по себе санкции вряд ли приведут к желаемым результатам, если цели велики или время ограничено. Санкции — даже когда они были всеобъемлющими и пользовались почти всеобщей международной поддержкой в ​​течение почти шести месяцев — не смогли заставить Саддама Хусейна уйти из Кувейта. В конце концов, потребовалась операция «Буря в пустыне». Другие санкции также не дали результатов. Иранский режим продолжает поддерживать терроризм, противодействовать ближневосточному мирному процессу и продвигать свою программу создания ядерного оружия. Фидель Кастро по-прежнему находится на вершине авторитарной политической и экономической системы. Индию и Пакистан не удержала от испытаний ядерного оружия угроза драконовских наказаний.Ливия отказалась предъявить двух лиц, обвиняемых в уничтожении самолета Pan Am 103. Санкции не смогли убедить гаитянскую хунту уважать результаты выборов. Они также не могли убедить Сербию и других прекратить военную агрессию. А Китай продолжает экспортировать чувствительные технологии в отдельные страны и остается обществом, в котором нарушаются права человека.
  • Тем не менее, санкции могут иногда достигать (или способствовать достижению) различных внешнеполитических целей, от скромных до довольно значительных. Санкции, введенные после войны в Персидском заливе, усилили соблюдение Ираком резолюций, призывающих к полной ликвидации его оружия массового уничтожения, и уменьшили способность Ирака импортировать оружие. В бывшей Югославии санкции были одним из факторов, повлиявших на решение Сербии принять Дейтонское соглашение в августе 1995 года. Китай, похоже, проявил некоторую сдержанность в экспорте частей или технологий ядерных и баллистических ракет.
  • Односторонние санкции редко бывают эффективными. В глобальной экономике односторонние санкции, как правило, требуют больших затрат для американских фирм, чем для целевой компании, которая обычно может найти альтернативные источники предложения и финансирования.
  • Вторичные санкции могут усугубить ситуацию. Попытка принудить других присоединиться к усилиям по санкциям, угрожая вторичными санкциями против третьих сторон, не желающих наложить санкции на цель, может нанести серьезный ущерб целому ряду внешнеполитических интересов США. Именно это произошло, когда были введены санкции против зарубежных фирм, нарушивших условия U.S. Законодательство, касающееся Кубы, Ирана и Ливии. Эта угроза могла иметь некоторый сдерживающий эффект на готовность определенных лиц заниматься запрещенной коммерческой деятельностью, но за счет усиления антиамериканских настроений, стимулирования вызовов внутри Всемирной торговой организации и отвлечения внимания от провокационного поведения целевые правительства.
  • Санкции — грубые инструменты, которые часто приводят к непредвиденным и нежелательным последствиям. Санкции усугубили экономическое положение Гаити, вызвав опасный и дорогостоящий исход людей из Гаити в Соединенные Штаты. В бывшей Югославии эмбарго на поставки оружия ослабило боснийскую (мусульманскую) сторону с учетом того факта, что у боснийских сербов и хорватов были большие запасы военного снаряжения и больший доступ к дополнительным поставкам из внешних источников. Военные санкции против Пакистана увеличили его зависимость от ядерного варианта, потому что санкции закрыли доступ Исламабада к У.С. вооружением и ослаблением уверенности Пакистана в надежности Америки.

    В более общем плане санкции могут иметь обратный эффект, поддерживая авторитарные, государственнические общества. Создавая дефицит, они позволяют правительствам лучше контролировать распределение товаров. Опасность носит как моральный, так и практический характер, поскольку санкции, наносящие вред населению в целом, могут привести к нежелательным последствиям, включая укрепление режима, инициирование крупномасштабной эмиграции и сдерживание появления среднего класса. и гражданское общество.Умные или дизайнерские санкции — в лучшем случае частичное решение. Сбор необходимых знаний об активах и последующее их достаточно быстрое замораживание часто может оказаться невозможным.

  • Санкции могут дорого обойтись американскому бизнесу, фермерам и рабочим. Существует тенденция игнорировать или недооценивать прямую стоимость санкций, возможно, потому, что их стоимость не отображается в таблицах государственного бюджета США. Однако санкции влияют на экономику, сокращая доходы U.S. компании и частные лица. Более того, даже эту стоимость трудно измерить, потому что она должна отражать не просто упущенные продажи, но и упущенные возможности. Санкции обходятся американским компаниям в миллиарды долларов в год из-за упущенных продаж и окупаемости инвестиций, а также лишают многих тысяч рабочих их рабочих мест.
  • Санкции, как правило, легче ввести, чем отменить. Изменить статус-кво почти всегда труднее, чем продолжать его. Часто бывает трудно или невозможно достичь консенсуса в отношении отмены санкции, даже если был достигнут некоторый прогресс в вызывающем озабоченность вопросе, если санкция оказалась безуспешной или контрпродуктивной, или если можно было доказать, что другие интересы страдают как результат.Вероятно, это произойдет с Индией и Пакистаном, где санкции США, введенные после ядерных испытаний в мае 1998 года, сорвут попытки повлиять на их поведение в той или иной области. Случай с Боснией представляет собой яркий пример опасности закрепления санкций, поскольку неспособность изменить или отменить санкции ООН, которые блокировали военную поддержку всех участников боснийской войны, сыграли в ущерб более слабой боснийской стороне.
  • Усталость от санкций имеет тенденцию со временем оседать, а соблюдение международных норм имеет тенденцию уменьшаться. Неизбежно, что вопрос, приведший к введению санкций, теряет эмоциональное значение. Опасения по поводу гуманитарных последствий санкций также ослабляют решимость. В то же время целевая страна успевает адаптироваться. Обход санкций, импортозамещение и любое повышение уровня жизни в результате адаптации — все это делает санкции терпимыми. Все эти факторы ослабили влияние санкций против Ирака, Ливии и Кубы.

Новый подход

Вывод очевиден: слишком часто экономические, гуманитарные и внешнеполитические издержки U.Санкции С. намного перевешивают любые выгоды. Что же тогда можно и нужно делать?

Вот несколько рекомендаций для информирования политики США:

  • Экономические санкции являются серьезным инструментом внешней политики и должны применяться только после рассмотрения, не менее строгого, чем то, что предшествовало бы военному вмешательству. Вероятные преимущества той или иной санкции для внешней политики США должны быть больше ожидаемых затрат для правительства США и американской экономики.Более того, взаимосвязь между тем, как санкция может повлиять на интересы США, должна выгодно отличаться от вероятных последствий любой другой политики, включая военное вмешательство, тайные действия, государственную и частную дипломатию, предложение стимулов или бездействие.

    Следствие из вышеизложенного не менее важно: Широкие санкции не должны использоваться в качестве выразительного средства способом, не оправданным тщательным учетом вероятных затрат и выгод . Опять же, санкции — серьезное дело.Санкции — это форма вмешательства. В зависимости от того, как они используются, они могут нанести большой ущерб ни в чем не повинным людям, а также американскому бизнесу, рабочим и интересам внешней политики США. Кроме того, санкции могут снизить леверидж США. Прекращение обучения, подготовки и помощи иностранным военным, по поручению Конгресса выразить недовольство Пакистаном и Индонезией, снизило влияние США с мощным электоратом в обеих этих странах. Внешняя политика — это не терапия, и ее цель не в том, чтобы чувствовать себя хорошо, а в том, чтобы делать добро.То же самое и с санкциями.

  • Многосторонняя поддержка экономических санкций обычно должна являться предпосылкой для их использования Соединенными Штатами. Такая поддержка не обязательно должна быть одновременной, но она должна быть практически гарантированной и, вероятно, последовать с небольшой задержкой. Следует избегать односторонних санкций, за исключением тех обстоятельств, когда Соединенные Штаты находятся в уникальной ситуации для получения рычагов воздействия на основе экономических отношений с целью.Это не столько нормативное утверждение, сколько прагматическое, основанное на неопровержимых доказательствах того, что односторонние санкции мало чего достигают.
  • Вторичные санкции не являются желательным средством обеспечения многосторонней поддержки санкций. Введение санкций против тех, кто не соблюдает санкции, о которых идет речь, является признанием дипломатической неспособности убедить. Это тоже дорогостоящий ответ. Затраты на внешнюю политику США, включая состояние отношений с основными партнерами и США.Усилия С. по построению эффективной ВТО почти всегда перевешивают потенциальные выгоды от принуждения друзей присоединиться к санкциям.
  • Экономические санкции должны быть сосредоточены на тех, кто несет ответственность за преступное поведение, или на наказании стран в той сфере, которая в первую очередь стимулировала санкции. Целенаправленный ответ помогает избежать угрозы другим интересам и всем двусторонним отношениям с объектом из-за одной области разногласий; причиняет меньший побочный ущерб невиновным; и делает менее трудным получение многонациональной поддержки.Ярким примером являются санкции, призванные остановить распространение оружия массового уничтожения. В случае нарушений Соединенные Штаты должны направить любые санкции против вовлеченной иностранной фирмы или, если виновато правительство, прекратить технологическое сотрудничество или торговлю в этой области. Как следствие, политические санкции следует применять умеренно, если вообще применять их. Мы не должны поддаваться соблазну разорвать дипломатические отношения или отменить встречи на высшем уровне. Такое взаимодействие открывает возможности для U.Должностные лица S., чтобы изложить свои доводы правительствам и общественности и помочь Соединенным Штатам в той же или большей степени, что и целевой стороне.
  • Санкции не должны использоваться для того, чтобы ставить крупные или сложные двусторонние отношения в заложники одной проблемы или группы проблем. Это особенно касается такой страны, как Китай, где Соединенные Штаты должны уравновесить интересы, которые включают поддержание стабильности в Южной Азии и на Корейском полуострове, препятствуя любой поддержке оружия массового уничтожения или программ баллистических ракет государств-изгоев. , управление ситуацией между Тайванем и Китаем и продвижение торговли, рыночных реформ и прав человека.Почти идентичный аргумент можно было бы привести о целесообразности применения широких санкций против России или Индии из-за их нарушений в одной сфере. Альтернативой широким санкциям в таких случаях является либо введение узких санкций, имеющих отношение к рассматриваемой проблеме, либо обращение к другим инструментам политики.
  • Гуманитарные исключения должны быть включены как часть любых всеобъемлющих санкций. Невинных нельзя заставлять страдать больше, чем это абсолютно необходимо.Включение исключения, которое позволяет объекту ввозить продукты питания и лекарства, также должно упростить получение внутренней и международной поддержки.
  • Политики должны подготовить и направить в Конгресс заявление о политике до или вскоре после введения санкции. В таких заявлениях должна быть ясна цель санкции; требуемый юридический и / или политический орган; ожидаемое воздействие на цель, включая возможные ответные меры; возможные гуманитарные последствия и шаги по их минимизации; ожидаемые расходы для США; перспективы применения санкции; степень международной поддержки или противодействия, которую можно ожидать; и стратегия выхода, т.е.е., критерии снятия санкции. (Приведем лишь один пример: в законодательстве 1994 года, которое привело к санкциям в 1998 году против Индии, отсутствует какая-либо дорожная карта, как можно было бы уменьшить или отменить санкции.) Кроме того, директивные органы должны объяснить, почему была выбрана конкретная санкция в отличие от других санкций. или другие инструменты политики.
  • Все предусмотренные законодательством санкции должны предусматривать дискреционные полномочия президента в форме отказа от прав. Discretion позволяет президенту приостановить или прекратить действие санкции, если он сочтет, что это отвечает интересам национальной безопасности.Такая свобода действий необходима для того, чтобы отношения не стали заложниками одного интереса и чтобы исполнительная власть имела гибкость, необходимую для изучения того, может ли введение ограниченных стимулов привести к желаемому результату политики. Отказ (осуществленный в мае 1998 г.) в законах, призывающих к вторичным санкциям против неамериканских фирм, ведущих бизнес с Ираном, Ливией и Кубой, благотворно повлиял на внешнюю политику США, хотя они ничего не сделали для американских фирм, которым все еще не позволяли работать в этих странах. первичными санкциями.Отсутствие отказов может преследовать политику США в отношении Индии и Пакистана. Санкции затруднят влияние на будущие решения Индии и Пакистана, касающиеся развертывания или даже применения ядерного оружия, и могут способствовать нестабильности внутри Пакистана, тем самым подрывая контроль над этим оружием.
  • Федеральное правительство должно оспорить право штатов и муниципалитетов вводить экономические санкции против компаний и частных лиц, действующих в их юрисдикции. Конституция не может урегулировать борьбу между исполнительной и законодательной ветвями власти за власть в сфере иностранных дел, но она ограничивает борьбу федеральной властью. Те штаты и муниципалитеты, которые принимают законы о выборочных закупках, запрещающие государственным агентствам покупать товары и услуги у компаний, ведущих бизнес в определенных целевых странах или с ними, выходят за свои рамки. Администрация Клинтона должна объединить усилия с теми представителями бизнес-сообщества, которые подали иски, чтобы запретить Массачусетсу применять его закон, который фактически запрещает государству вести дела с компаниями, действующими в Мьянме.
  • Возможности разведки США должны быть переориентированы, чтобы соответствовать требованиям, предъявляемым политикой санкций. Способность разрабатывать и применять «умные» санкции потребует чрезвычайных требований взыскания. Но требование более качественной разведывательной поддержки политики санкций также требует анализа. Следует создать подразделение для подготовки прогнозов вероятного воздействия санкций на государство-объект и других лиц. Аналитики могут помочь выявить конкретные уязвимости целевых государств или лидеров, изучить вероятные реакции со стороны цели и третьих сторон и отслеживать влияние санкции с течением времени.
  • Любая санкция должна быть предметом ежегодного отчета о последствиях. Такое заявление, которое должно быть подготовлено исполнительной властью и представлено в несекретной форме Конгрессу, должно содержать гораздо больше информации и анализа, чем формальные документы , написанные для оправдания многих текущих санкций. Он должен включать оценку того, в какой степени санкции послужили своим целям; экономическое, политическое и / или военное воздействие на цель; любой гуманитарный эффект; реакция целевой страны; степень международного соответствия и несоблюдения; и финансовые затраты для U.S. предприятий, рабочих и правительства США.

Мышление вне ящика (инструментов)

Быстрого решения проблемы санкций не существует. Принятие законодательства в соответствии с предлагаемым Законом об усилении торговли, безопасности и реформе санкций в отношении прав человека потребует более тщательного изучения санкций до и после их введения. Также помогли бы более активная исполнительная деятельность и осмотрительность. Администрацию Клинтона можно упрекнуть в том, что она не наложила вето на законы, требующие вторичных санкций, и в поспешном введении санкций, вызванных ядерными испытаниями Индии и Пакистана.

При этом задача выходит за рамки улучшения санкций, которые, как правило, делают их более узкими и менее односторонними. Более фундаментальный вопрос — это выбор наиболее подходящего инструмента внешней политики для решения конкретной проблемы. Санкции любого рода должны быть сопоставлены с вероятными издержками и выгодами военных действий, тайных программ, а также государственной и частной дипломатии.

Иногда лучше применить военную силу. Это был урок «Бури в пустыне» и Боснии — и, возможно, он еще может стать уроком для Косово.Куба также заслуживает внимания в этом контексте. Вместо того, чтобы ужесточать санкции (которые увеличивали страдания кубинского народа) и соглашаться с введением Конгрессом вторичных санкций против союзников США, администрация Клинтона могла бы поступить мудрее, запустив залп крылатых ракет, чтобы уничтожить МИГ, сбивавшие невооруженных людей. самолет, на котором летали кубинские ссыльные. В более широком смысле можно утверждать, что американские доллары, туристы и идеи представляют большую угрозу для Фиделя Кастро и коммунизма на Кубе, чем эмбарго.

В других случаях сфокусированные санкции кажутся привлекательными. Более подходящим ответом на ядерные испытания Индии и Пакистана был бы экспортный контроль, призванный замедлить разработку и развертывание ракет и ядерных бомб. В случае с Гаити узкие санкции, нацеленные на незаконное руководство, не стали бы причиной массового бегства людей, которое вынудило администрацию предпринять вооруженное вмешательство, которое могло оказаться чрезвычайно дорогостоящим. Разногласия с Китаем и Россией по поводу их экспорта технологий и оружия лучше всего устранять с помощью узких санкций.При этом санкции не смогут нести полную нагрузку на политику нераспространения, и необходимо будет рассмотреть инструменты политики, начиная от превентивных атак на объекты государства-изгоя и заканчивая более надежной защитой.

Основная альтернатива экономическим санкциям, однако, лучше всего описывается как условное участие , то есть сочетание узких санкций и политических и экономических взаимодействий, которые ограничены и обусловлены конкретными изменениями в поведении. Пакет стимулов, привязанный к конкретным действиям, помог справиться с ядерными амбициями Северной Кореи.Он также может оказаться эффективным в отношениях с Ираном под его новым руководством и помочь Индии и Пакистану справиться с их ядерным противостоянием.

Эти примеры ясно показывают, что нет инструмента, который всегда был бы предпочтительнее санкций, равно как и сами санкции не предлагают универсального ответа. Универсальный подход к внешней политике обречен на провал. Но тенденция не менее очевидна. Хотя будут такие случаи, когда санкции могут помочь, либо сами по себе, либо, что более вероятно, в сочетании с другими инструментами, недавняя история убедительно свидетельствует о том, что потенциал санкций по внесению вклада в американскую внешнюю политику будет скромным — и требовать от них большего, чем это обещает быть контрпродуктивным.

Каковы примеры экономических санкций?

Экономические санкции , эмбарго , и тарифы , боже мой! Воды внешней политики могут стать мутными. Тем не менее, будьте ясны в своих определениях, получив простое определение экономических санкций и выяснив, какие примеры санкций бывают.

Определение экономических санкций

Политические лидеры имеют в своем арсенале множество различных инструментов, когда дело касается управления страной.Экономические санкции — лишь одно из них. Проще говоря, экономические санкции лишают страну той или иной формы торговых или финансовых отношений. Он используется, чтобы смягчить поведение страны или даже наказать страну, которая нарушает порядок.

Например, если правительство угнетает свой народ или совершает геноцид, Организация Объединенных Наций будет использовать экономические санкции как способ наказать эту страну. Экономические санкции работают, потому что они отбирают у них ресурсы и финансы, влияя на стабильность их экономики.

Каковы примеры санкций?

Подобно тому, как инструменты имеют разные цели, в разных ситуациях применяются разные экономические санкции. Следовательно, доступны различные экономические санкции. Ознакомьтесь с конкретными экономическими санкциями, применяемыми во всем мире.

Щелкните изображение, чтобы просмотреть и загрузить PDF

Эмбарго

Эмбарго используются для ограничения торговли предметами. Эмбарго повсюду. Однако один товар, запрещенный несколькими странами по всему миру, — это торговля военными товарами в определенных странах.Например, Европейская комиссия наложила эмбарго на экспорт оружия и связанных с ним материалов в Центральноафриканскую Республику. Это ограничение является частью целенаправленной меры Организации Объединенных Наций по запрещению оружия в тех странах, которые разжигают насилие.

Тариф

Слово тариф может показаться знакомым, потому что оно всегда в новостях. Тарифы — это налог, взимаемый с импортируемых товаров. Например, многие импортируемые в США сельскохозяйственные товары имеют тариф. В 2020 году Китай и США.С. неоднократно изменял свои тарифы на товары, ввозимые и экспортируемые между двумя странами.

Замораживание активов

Возможно, вы знаете, что правительство может замораживать активы своих граждан. Но они также могут заморозить активы граждан других стран или даже целых стран. Например, США заморозили активы Ирана в ответ на терроризм и насилие.

Финансовые запреты

Денежные отношения с другими странами имеют важное значение. Это делает финансовые запреты успешными.Финансовые запреты — это когда страна запрещает гражданам вести финансовый бизнес с определенными странами. Например, у Канады есть финансовые запреты на отношения с Россией. Это включает, помимо прочего, землю и услуги, предоставляемые конкретными гражданами России.

Кто может применять санкции?

Руководители правительства имеют право вводить экономические санкции. Однако организации, состоящие из нескольких отдельных правительств, таких как ООН или Европейская комиссия, также могут вводить экономические санкции против стран или режимов, которые, по их мнению, поощряют насилие, нарушают права человека или поддерживают терроризм.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *